Музейная реституция: вернуть награбленное или разорить накопленное?

В самом начале своей новой книги Джеральдин Норман называет наше время «„веком вины, страха и раскаяния“ за неблаговидные деяния наших предков». Формально она рассматривает проблемы реституции, с которыми столкнулись национальные музеи, но попутно еще и рассказывает об истории стран, где эти музеи стоят. Ведь знаменитые хранилища древностей, сокровищ и шедевров зачастую наполнялись военными трофеями и находками в нелегальных раскопках, с помощью грабежа и обмана. Отношение к этим неблаговидным и преступным действиям со временем менялось. Что долгое время считалось трофеем — стало похищенным национальным достоянием; что куплено за большие деньги, но с подозрительным провенансом — скупкой краденого. Реституция должна вернуть награбленное и незаконно приобретенное, но не всегда именно так восстанавливается справедливость.

«Реституция создает проблемы для музеев по всему миру. Цель этой книги — защитить музеи как драгоценные хранилища памяти для будущих поколений, куда не следует вмешиваться без необходимости. Намного полезнее увидеть картину в целом и, возможно, разработать новые правила. Скажем, реликвии возвращаются в Италию и Индию в таких огромных количествах, что их просто негде хранить. Безусловно, особо ценные предметы нужно отсортировывать, а остальное сделать доступным для коллекционеров. Однако это запрещено действующими правилами ЮНЕСКО и законами большинства государств», — пишет Норман.

Пишет она хорошо, просто и понятно даже для совсем не сведущих в музейной жизни и юриспруденции. На протяжении всей своей 60-летней карьеры она была арт-журналистом, написала множество статей и семь книг. «Отстаньте от искусства!» — восьмая, и опять в жанре журналистского расследования, где описаны события от далекой древности до наших дней. И подробно рассказано о десятках людей — сохранявших, продававших и воровавших произведения искусства. Автор не дает никаких этических оценок — просто излагает факты, но они красноречивы.

Например, в 1860 году, к концу опиумной вой­ны, английские и французские военные отправили отряд переговорщиков к китайскому императору Цяньлуну. Их пытали и убили. В отместку был разрушен Летний дворец императора площадью 3,5 тыс. кв. м, с чем 4 тыс. человек справились за три дня — и вывезли 1,5 млн драгоценных артефактов. Командовал этим вандализмом Джеймс Брюс, восьмой граф Элгин; его отец, седьмой граф Элгин, знаменит вывозом статуй Парфенона из турецких в то время Афин. Кстати, появляются сообщения, что музей все же вернет «мраморы Элгина» на их родину.

Это лишь один из сюжетов первой главы книги — «Британский музей». Следующие посвящены Лувру, Метрополитен-музею, Эрмитажу, Музеям Ватикана, Национальному музею Китая и целому ряду других. В каждом из них свои реституционные проблемы.

Европейские музеи должны вернуть или уже вернули артефакты и сокровища народов своих бывших колоний. Лувр, где ничего подобного, колониального, не было, хранит половину произведений, вывезенных Наполеоном из Италии. У Метрополитен сложности есть даже с дарами благотворителей, поскольку те приобретали вещи у дилеров, не гнушавшихся добычей «черных копателей». Турецкий журналист Озген Акар 15 лет расследовал историю Лидийского клада — предметов из усыпальниц VI века, доказав, что музей купил их незаконно. Метрополитен-музею пришлось вернуть сокровища Турции после серии судов.

Четверть века Джеральдин Норман сотрудничает с Эрмитажем, она советник Михаила Пиотровского, так что глава о петербургском музее не рассказывает ничего для нас нового и скандального. В ней дана обширная историческая справка и коротко поведано о притязаниях потомков Сергея Ивановича Щукина на часть коллекции импрессионистов и на Матисса.

Особняком стоит в книге глава «Линц. Музей, которого не было». Ее герой — ценитель живописи, страстный коллекционер с определенными художественными пристрастиями, мечтающий о музее, Адольф Гитлер. Он был не только художником-неудачником и ненавистником «дегенеративного искусства», но еще и рано начал собирать картины и мечтал стать директором Национальной галереи в Берлине. А позже был одержим идеей создать величайший музей Европы в городе Линц, близ которого вырос. Музей мыслился как огромный культурный центр с концертным залом, библиотекой, театром. Во время войны Гитлеру поставляли художественные трофеи со всех захваченных территорий; часть он оставлял себе, часть откладывал для музея. В апреле 1945 года, хоронясь в бункере, он часами смотрел на макет своей мечты.

Джеральдин Норман проделала большую работу, хотя и не открыла ничего принципиально нового, спрятанного от посторонних глаз. «Отстаньте от искусства!» — компиляция, но компиляция добросовестная, подробная, познавательная и увлекательная. Судя по книге, реституция в современном мире торжествует, вот только не всем она видится восстановлением справедливости. Например, Нигерия много лет пытается вернуть бенинские бронзы — многочисленные средневековые артефакты, привезенные в Европу после карательной экспедиции британских войск в 1897 году (опять же, ответ на убийство посланников). Правительство этой страны требует от всех музеев отдать обратно уникальные сокровища. А вот Дэдрия Фармер-Паэльманн, профессор права и активистка-правозащитница, считает, что потомки рабов, ставшие американцами (она и сама — одна из них), таким образом лишатся возможности узнать культуру своих предков. Созданная ею исследовательская группа по реституции оспаривает в суде правомерность возвращения Нигерии 29 бронзовых экспонатов из коллекции Смитсоновского института в Вашингтоне.