Уильям Блейк в окружении морских монстров любви

Ранней осенью 1800 года в Фелфаме, небольшой деревушке на побережье Западного Сассекса в Англии, появилась странная пара: гравер, художник, поэт и неуемный фантазер Уильям Блейк (1757–1827) с непослушными рыжими волосами и горящими глазами и Кэтрин (Кейт) Блейк, его жена и бесстрашная помощница. Их приезд «стал шоком для деревенских жителей», пишет британский писатель, режиссер и куратор выставок Филип Хоар в новой книге, замечательным образом не поддающейся классификации. «Это было так же удивительно, как неожиданно обнаружить поселившихся рядом современных хиппи».

Блейки никогда прежде не видели океана. Соленый воздух и освежающая вода привнесли в их жизнь ощущение необычной свободы, утверждает Хоар. На одной из иллюстраций Блейк изобразил себя прогуливающимся возле коттеджа в Фелфаме, а в кронах деревьев над ним парит ангел.

Впоследствии Уильям Блейк называл три года, проведенные в Фелфаме, «спячкой на берегу океана». Хотя на самом деле там он по-настоящему бодрствовал. «Мое зрение все больше и больше / Похоже на бескрайний океан, / Продолжает расширять свои горизонты», — писал он другу. Филип Хоар, прекрасный пловец, влюбленный в океан, знает, что имел в виду Блейк. Люди — «это то, от чего океан избавляется», утверждает автор книги. Это подвод­ный мусор, выбрасываемый на берег волнами. Но в нашем воображении, в поэзии и живописи, мы можем вернуть то, что потеряли. Андрогинные фигуры на гравюрах Блейка — прекрасные тела, которые летят, лежат, извиваются, а их длинные конечности вытянуты, раскинуты или согнуты. Все они плывут по фантастическому миру, текучему, как океан. Хотя есть у него, конечно, и «незрелые» формы жизни. На гравюре «Ньютон» (около 1795–1805) изображен первооткрыватель закона всемирного тяготения, воплощение сатанинской рациональности. Он сидит на заросшем водорослями камне на морском дне с компасом в руке и чертит на песке геометрические фигуры. Другие работы Блейка выглядят скорее пугающими, нежели странными. Например, на миниатюре «Призрак блохи» (около 1819–1820) чешуйчатое, похожее на рептилию существо бредет куда-то с чашей, наполненной кровью. Как считает Хоар, художественные фантазии Блейка носили чуть ли не физиологический характер, воплощаясь в некоем подобии «живописи действия», которую много лет спустя практиковали представители американского абстрактного экспрессионизма.

Книга «Уильям Блейк и морские монстры любви» — это что-то вроде гравюры Блейка — полное фантазии обрывистое волнообразное повествование, в котором перед читателем проходит череда персонажей — вполне реальных, но эксцентричных. Это люди других эпох, любившие Блейка и любившие океан: поэт и священник Джерард Мэнли Хопкинс, писатель и моряк Герман Мелвилл, художник и фотограф Пол Нэш, писательница и философ Айрис Мёрдок. Это морские монстры Хоара, странные, смелые бунтари против сухой ортодоксальности, призванные напоминать жителям нашей планеты, что правила существуют, чтобы их нарушать. Автор книги признается в особой увлеченности писательницей и активисткой Нэнси Кунард (1896–1965), чья удлиненная фигура могла бы послужить моделью для Блейка — почти бесплотная, но вызывающая тревожное ощущение дикости. Для Блейка ангелом-хранителем был поэт Джон Мильтон, а для Хоара — Нэнси Кунард с ее «руками, будто вырезанными из слоновой кости». Ее портрет висит на стене в лондонской квартире Хоара.

Иные читатели могут впасть в отчаяние перед лицом многочисленных деталей, которые обрушивает на них автор книги. Что ж, он провел очень много времени в библиотеках и архивах и ясно дает нам это понять. Вот только здесь нет ничего страшного: «Уильям Блейк и морские монстры любви» — произведение, в которое следует просто окунуться с головой, забыв обо всем.