Маски как искусство

Защитные маски и респираторы, раньше привычные лишь врачам и рабочим на производстве, заняли место в повседневной жизни каждого человека — без них сегодня никуда, даже за хлебом не выйти. Модные дизайнеры и художники, работающие в жанре «носимого» искусства (англ. wearable art, фр. art-a-porter), тут же взялись за дело. 

Скорее всего, будущие недели моды, которые все как одна отменились и перенеслись на непонятно какие сроки или перешли в онлайн-режим, тоже будут изобиловать всевозможными вариантами масок и респираторов. Хотя в последние несколько лет их и так было немало (Gucci, Marine Serre, Moschino, Richard Quinn), еще раз подтверждая тезис о том, что художники предчувствуют события. Впрочем, маски на подиуме в том или ином виде были всегда: закрывать лицо красоткам моделям любят дизайнеры, склонные к особой театральности. К примеру, звезда эпатажа Жан-Поль Готье. Бархатные маски на пол-лица с его показа 1995 года сейчас были бы весьма актуальны, как и тюрбаны, которые в 1997-м он водрузил на головы своих манекенщиц, закрыв попутно их лица плотной тканью, будто для пустынного сафари. У дизайнера Оливье Тискенса дефиле в масках с бахромой, кружевом и нитками бус проходило в далеком 1998-м. Не менее театральный Кристиан Лакруа в начале 2000-х облачил всех моделей в капроновые балаклавы. Любитель странных масок — дизайнер Том Браун. Помимо относительно спокойных вариантов из перфорированной кожи или дерзких из тартана с шипами, его модели носили на подиуме головы слонов, носорогов, жирафов и оленей. А вот наряды Гарета Пью под стать фильму «Пятый элемент» (в нем, к слову, главным по костюмам был Жан-Поль Готье): геометричные, футуристичные, часто скрывающие лицо, возможно, чтобы не выдавать личность экстравагантного носителя.

Один из виртуозов в искусстве «маскировки» — британский бренд Alexander McQueen. Вот у кого всегда найдется много возможностей спрятаться и дистанцироваться от окружающих: в 1998-м скрыв нижнюю часть лица цепочками металлической маски, в 2000-м надев африканскую маску с пышной гривой и шлем из огромных пайеток, в 2002-м — массивный воротник на пол-лица с рельефным изображением носа и губ, в 2007-м — экземпляр, напоминающий маску Ганнибала Лектера из фильма «Молчание ягнят», в 2008-м — ярко-розовый шлем от доспехов кендо, в 2012-м — глухие балаклавы без прорезей из кружева и капрона, украшенные бисером, перьями и прочей красотой.

Но рекордсменом по количеству «безликих» моделей на подиуме остается бренд Maison Margiela: большинство сезонных коллекций в его истории демонстрировали девушки, чьи лица были полностью затянуты тканью. Таким способом Мартин Маржела, загадочный основатель бренда (который сам никогда не появлялся на публике), настаивал на том, что лицо не должно отвлекать от главного — одежды. С годами маски модного Дома становились все затейливее; иногда зрители вообще с трудом понимали, как бедным девушкам удается ходить по подиуму — декоративные детали наглухо закрывали им лица. Пять лет назад пост креативного директора бренда занял талантливый скандалист Джон Гальяно, и лица моделей засияли по-новому — буквально. Гальяно расшил привычный для Maison Margiela аксессуар сумасшедшими узорами, добавил стразов и аппликаций, отчасти разрушая идею основателя: теперь оторвать взгляд от маски стало просто невозможно.

Не дремлют и те, кто называет себя творцами «носимого» искусства. К примеру, художница Ирурари (Ýrúrarí) из Исландии, чьи вязаные вещи точно покорили бы Андрея Бартенева. Ее фишка — объемное изображение зубастого яркого рта с высунутым языком — с нелепых свитеров теперь перекочевало на маски, одновременно отпугивающие и приковывающие взгляд. При виде такого аксессуара все окружающие точно будут соблюдать социальную дистанцию. Подойдут для этого и вязаные маски художницы Франчески Ломбарди, похожие на мифических морских чудовищ; найдутся у нее и другие странные экземпляры — из кружевных салфеток, папье-маше или картона. Другой адепт клуба спиц и ниток — художница и иллюстратор Элен Усден. Ее вязаные головы, будто сошедшие с картин Пикассо, заменят и маску, и шарф, и шапку, а порой и пальто целиком.

Яркие работы молодой художницы Насти Пилепчук, похожие на экипировку могучих рейнджеров или часть костюма для этнических свадеб, зачастую (и то не всегда) оставляют видимыми только глаза. Среди почти театральных художников — живущая в Испании Паола Идронтино, чьи маски в золоте и органзе прекрасно подошли бы для показов все тех же Маккуина или Маржелы. Собственно, как и работы Саскии де Толленаре с черепами в полевых цветах или Мюриель Нисс c обилием стекляруса и перьев.

А вот Диана Амман как раз работает с театральными труппами и перформативными художниками, ее замысловатые произведения неоднократно блистали на сценах Швейцарии и Германии. Во время карантина художница, которая обращается к абсолютно разным техникам, ударилась в вышивку — новую маску из холщового мешка с вышитым лицом она назвала «Воображаемый друг».

Негласной королевой арт-балаклав считается художница из Ирландии, известная под псевдонимом Threadstories («Истории из ниток»). В основном ее работы напоминают сказочных монстров вроде чудища из мультфильма «Аленький цветочек» 1952 года или Чубакки из саги «Звездные войны». Но бывают у нее и райские птицы, и совы, и традиционные мусульманские наряды, и безликие тетушки с высокими прическами, и много чего еще.

Дизайнер и костюмер Игги Соливен из Лос-Анджелеса, любимый всем западным глянцем за умение с помощью масок и костюмов превратить обычного человека в персонажа из сказки, на злобу дня представил целую серию респираторов, созданных из подручных средств. В ход пошли кусок газона и шланги, пояс слесаря вместе с инструментами, связки искусственных косичек и ножницы, чайные пакетики и малярные кисти. Не устоял он и от соблазна сделать что-то изысканное в привычном ему стиле — получились четыре маски с аппликацией из золотых листьев, расшитые бисером и камнями.

Долгоиграющий масочный проект вышел у голландского художника Бертьяна Пота. Его нелепые, забавные лица из скрученного цветного жгута появились еще в 2010 году и в итоге составили отдельную серию Masks; ее он продолжает по сей день.

Художница Венера Казарова своими сюрреалистическими масками покорила сердца многих кураторов и арт-критиков. В ее исполнении маска, конечно, больше арт-объект, чем предмет, который можно носить. Впрочем, найдется немало тех, кто не прочь водрузить себе на голову конструкцию с огромной рыбиной в искусственных цветах или громадный бутон экзотического растения из цветной бумаги. А вот у Лиз Секстон маски тоже огромные и тоже из бумаги (правда, в технике папье-маше), но при этом удивительно реалистичные — в виде голов животных и птиц, порой довольно трогательных на вид.

Где-то на стыке моды и искусства стоит художник и скульптор Гэбриел Дишо, большой фанат комиксов и фантастических фильмов. Он старательно делает авторские реплики знаменитых масок, правда, использует для этого вещи известных брендов. Судя по его работам, особенно полюбилось ему классическое кожаное полотно с узором Monogram Дома Louis Vuitton, хотя в последнее время стала встречаться и канва GG от Gucci. Так, у Дишо можно купить голову Рептилии из Mortal Kombat или шлем Дарта Вейдера в пиктограммах LV. Нужно отметить, что художник относит себя к представителям джанк-арта, поэтому все его произведения сделаны из предметов, уже отслуживших свое (к примеру, канва GG была взята им с чемодана Gucci 1980-х годов).

Отдельно хочется отметить того, кто придумал дополнение к униформе офицеров индийской дорожной полиции — они теперь носят не просто защитные маски, но еще и шлемы, которые представляют собой увеличенную копию вирусной частицы COVID-19.