Драгоценная поддержка

№73, май 2019
№73
Материал из газеты

Генеральный директор, он же креативный директор Van Cleef & Arpels Николя Бос рассказал о партнерстве с Большим театром, культурных инициативах и о том, зачем ювелирный Дом собирает свои архивные украшения

Артем Овчаренко в главной роли в балете «Нуреев». Фото: Дамир Юсупов
Артем Овчаренко в главной роли в балете «Нуреев».
Фото: Дамир Юсупов

Связь Дома Van Cleef & Arpels с балетом возникла давно. Луи Арпельс так любил спектакли с порхающими балеринами, что еще в 1940-х придумал одну из самых знаковых за всю историю бренда коллекций брошей — Ballerinas. Его племянник Клод Арпельс, не меньший поклонник этого театрального жанра, водил знакомство с хореографом Жоржем Баланчиным, который был настолько очарован блеском драгоценных произведений Van Cleef & Arpels, что вдохновился на создание в 1967 году знаменитого балета «Драгоценности». Спустя 45 лет после премьеры в Нью-Йорке, в 2012 году, первый в истории «полнометражный» бессюжетный балет Баланчина поставили на сцене Государственного академического Большого театра в Москве. Van Cleef & Arpels не остался в стороне и выступил партнером ГАБТ в работе над почти родным для бренда спектаклем, а афиши «Драгоценностей» украсило изображение броши «Испанская танцовщица» из той самой коллекции Луи Арпельса. Спустя еще пять лет Дом поддержал новаторский балет «Нуреев» в постановке Кирилла Серебренникова, наделавший немало шума (билеты на редкие спектакли о жизни легендарного танцовщика сложно поймать до сих пор). В начале апреля этого года Van Cleef & Arpels и руководство ГАБТ торжественно объявили, что Дом становится официальным партнером театра. В связи с таким важным событием Москву посетил генеральный директор Van Cleef & Arpels Николя Бос, который рассказал нам о том, что сулит это сотрудничество всем его участникам.

Генеральный директор Van Cleef & Arpels Николя Бос
Генеральный директор Van Cleef & Arpels Николя Бос

Почему Van Cleef & Arpels решил поддержать именно Большой театр, и поддержать именно сейчас?

Если говорить о том, почему именно Большой, то из ключевых мировых театров можно отметить пять-шесть крупнейших, среди которых, естественно, будет ГАБТ. И когда мы планируем такие коллаборации или проекты, конечно, на ум приходят самые громкие имена. К тому же, наше сотрудничество с Большим театром началось намного раньше, около 20 лет назад, когда мы только открыли бутик в Москве. Мы приглашали на представления своих гостей и клиентов, общались с командой ГАБТ и по другим вопросам. Постепенно стали обсуждать возможность более тесной работы, и в 2012 году мы поддержали постановку балета «Драгоценности». Около четырех лет назад мы представили коллекцию, вдохновленную традициями русского балета, ее создание тоже не обошлось без помощи Большого театра. А после работы над «Нуреевым» мы задумались о том, что еще можем предложить, чтобы помогать не просто отдельным проектам, но деятельности театра в целом, причем в долгосрочной перспективе. Так что в основе решения стать официальным спонсором ГАБТ лежат наши давние дружественные отношения.

Кадры из трех действий балета «Драгоценности»
Кадры из трех действий балета «Драгоценности»

Будет ли это сотрудничество включать какие-то совместные проекты или предполагается только финансовая поддержка?

Мы ни при каких условиях не будем пытаться влиять на художественные решения и репертуарные вопросы, в основном это будет финансовая поддержка. Но, учитывая многолетний опыт совместной работы, мы уверены, что наше сотрудничество будет развиваться и в других направлениях. Мы много раз помогали друг другу, обменивались нужными контактами, если нас спрашивали совета, мы с радостью участвовали в обсуждениях. Во время подготовки балета «Драгоценности» команда ГАБТ была заинтересована в документах из нашего архива, где упоминались детали истории работы с Баланчиным, и мы с удовольствием предоставили им полный доступ к необходимой информации, включая имеющиеся у нас эскизы. В то же время у Большого театра целый арсенал бесценных ресурсов, в первую очередь экспертов и мастеров, которые помогают творить то волшебство, что мы видим на сцене. И для нас это тоже невероятный бонус, потому что уж точно лучше обратиться к профессионалам ГАБТ, чем привлекать каких-то заурядных подрядчиков. Иными словами, формат нашего партнерства предполагает не только выписывание банковского чека — это сотрудничество приятно и полезно для обеих сторон.

Кадры из трех действий балета «Драгоценности»
Кадры из трех действий балета «Драгоценности»

Какие еще проекты поддерживает Van Cleef & Arpels?

У нас два основных направления культурных инициатив. Первое — поддержка балета и вообще танца как вида искусства. Как раз сюда входит партнерство с ГАБТ. Мы поддерживаем множество институций — в Австралии, Азии, Европе. Также сотрудничаем с отдельными танцевальными проектами, к примеру с L.A. Dance Project хореографа Бенжамена Мильпье. При этом мы не фокусируемся только на классическом балете. Искусство танца, как и все в мире, развивается и трансформируется, поэтому исключать современный танец из поля зрения было бы неправильно. Мы учредили ежегодную премию Fedora Prize For Ballet. Она вручается за лучший балетный проект, созданный совместными усилиями трех самостоятельных участников: театра, хореографа и группы танцовщиков. Этот приз вручается как классическим балетным постановкам, так и современным танцевальным представлениям.

Кадры из трех действий балета «Драгоценности»
Кадры из трех действий балета «Драгоценности»

Второе направление — продолжение и развитие традиций ювелирного искусства. Здесь мы сотрудничаем с теми, кто поддерживает декоративно-прикладную сторону ювелирного мастерства. Это может быть отдельная выставка, посвященная ювелирному искусству, или музей, ее подготовивший, или же организация, поддерживающая образование мастеров-ювелиров. Семь лет назад мы основали собственную школу ювелирного искусства L’Ecole Van Cleef & Arpels. Сегодня она так разрослась, что уже стала отдельной образовательной платформой со множеством направлений деятельности. В школе читают специализированные курсы, лекции, устраивают выставки современных ювелиров, которые вносят важный вклад в ювелирное искусство с технической или эстетической стороны. Выставки архивных украшений мы тоже проводим. К примеру, лет 50–100 назад существовала марка, сегодня ее уже нет, но она оставила после себя удивительные произведения. Такие истории нам особенно интересны. Вот совсем скоро мы открываем выставку изделий Дома Lacloche. Сейчас о нем мало кто помнит, а в 1920–1930-е годы он был пионером ювелирного ар-деко.

Сфера деятельности L’Ecole Van Cleef & Arpels довольна широка. С образовательной программой мы уже вышли за пределы Франции — периодически организуем выездные сессии в Дубае, Нью-Йорке и Токио. А в октябре планируем открыть полноценную самостоятельную локацию школы в Гонконге, она будет работать на постоянной основе, как в Париже. Возможно, однажды мы привезем программу и в Россию.

Брошь Éventail Ballerina. Белое золото, бриллианты, изумруды, рубины
Брошь Éventail Ballerina. Белое золото, бриллианты, изумруды, рубины

Вернемся к вашим собственным выставкам. Известно, что последние десять лет Van Cleef & Arpels собирает свои наиболее важные произведения 1920–1980-х годов в коллекцию Heritage. Для чего нужно возвращать себе то, что изначально создавалось на продажу?

На самом деле началось все гораздо раньше, где-то в 1980-х, и это была инициатива наследников семьи Арпельс. Дело в том, что, несмотря на очевидность коммерческой составляющей работы Van Cleef & Arpels, наследие Дома имеет большое историческое значение. Что такое ювелирный Дом? Это его история, фирменный стиль, то, что можно показать и чем можно поделиться. В таком деле не обойтись без первоисточников. Конечно, делиться можно по-разному. Можно издавать книги, альбомы. Но нет способа лучше, чем показать само украшение. Вот почему появилась коллекция Heritage. Когда мы только начинали делать выставки, очень многие клиенты, несмотря на наши прекрасные отношения, неохотно отдавали нам принадлежавшие им драгоценности, чтобы мы могли показывать их в музеях. Сейчас ситуация разительно изменилась, и коллекционеры все чаще и чаще готовы предоставлять собственные украшения для наших экспозиций, потому что относятся к ним уже больше как к произведениям искусства. 

К тому же, архивные украшения — неиссякаемый источник вдохновения для наших дизайнеров и мастеров, работающих над новыми изделиями. Потому что посмотреть на эскизы и увидеть предметы воочию — две разные вещи.

Крупные бренды сейчас часто приглашают к сотрудничеству современных художников. Что вы думаете об этой тенденции? 

Для нашего Дома работа с художниками как авторами нового дизайна украшений — не совсем то, что нам интересно. Да, какие-то бренды делают такие коллаборации. Но наша работа — это тоже искусство, отдельный и самостоятельный вид со своими особенностями, сложностями, эстетикой, техниками, так же как живопись или скульптура. Ювелирное искусство заслуживает того же внимания и уважения, как и любой другой вид творчества. Над произведениями Van Cleef & Arpels трудится одна из лучших команд в мире: дизайнеры, художники, ювелиры, эксперты в области драгоценных камней. Все вместе они помогают развивать бренд и при этом сохранять его наследие. У Дома давно сложился особенный, уникальный и, главное, узнаваемый стиль, поэтому приглашать кого-то извне нам не кажется необходимым. Сотрудничество с художниками, которое мы приветствуем и в котором с удовольствием участвуем, — это диалог двух самостоятельных творческих единиц, где в едином пространстве сосуществуют и дополняют друг друга работы художника и произведения Van Cleef & Arpels.

Партнерский материал

Самое читаемое:
1
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
Музей русского импрессионизма задумали в 2012 году. Четыре года спустя он обосновался в перестроенном для него здании — и с тех пор не позволяет о себе забывать. Мы поговорили с директором музея об успехах, проблемах и возможных перспективах
11.01.2023
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
2
Золота скифов стало ощутимо больше, но ценны и другие находки, сделанные в Тыве
Археологам Государственного Эрмитажа в полевом сезоне 2022 года удалось сделать очередное сенсационное открытие. Множество предметов, созданных около полутора тысяч лет назад, извлечены из кургана Чинге-Тей-1 в саянской Долине царей
25.01.2023
Золота скифов стало ощутимо больше, но ценны и другие находки, сделанные в Тыве
3
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
Монументальные панно с исторического здания 1930-х годов сделали центром публичного арт-пространства
12.01.2023
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
4
Золотой век Древней Руси показывают на выставке в Третьяковке
Ключевые экспонаты Владимиро-Суздальского музея-заповедника, прибывшие в Москву, иллюстрируют все эпохи и жанры искусства допетровской Руси
30.01.2023
Золотой век Древней Руси показывают на выставке в Третьяковке
5
Золотое кольцо неустановленного размера
Туристическому маршруту, а заодно и историко-культурному проекту под названием «Золотое кольцо России» исполнилось 55 лет. Рассказываем, кто его придумал и сколько городов в него входит
17.01.2023
Золотое кольцо неустановленного размера
6
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
В то время как Русский музей приостановил выдачу экспонатов в свой филиал в испанской Малаге, там впервые выставлена значимая частная коллекция русского искусства, собранная за два десятилетия лондонским предпринимателем Дженни Дуган-Чепмен Грин
19.01.2023
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
7
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Робот в обличье японской художницы Яёи Кусамы, пишущий картины в витрине бутика Louis Vuitton в Нью-Йорке, побудил нас вспомнить самые выразительные образы роботов в искусстве
13.01.2023
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+