Ювелирный дивертисмент

Кропотливое собирание собственных произведений по аукционам, маленьким галереям и частным коллекциям — одно из главных направлений стратегического развития для многих ювелирных домов с историей. Зачем это нужно? Бренд уже вписан золотыми буквами в историю, эскизы в большинстве случаев хранятся в архивах и многочисленных клиентских книгах, технологические методы передаются от мастера к мастеру. Но, как обычно, есть нюанс. Хорошо и качественно собранная коллекция знаковых работ создает значительную прибавку к весу и репутации дома. Она не только поднимает престиж марки у клиентов, но и обогащает технический и дизайнерский лексикон мастеров — с появлением архива современные коллекции становятся, как правило, гораздо интереснее, пусть иногда и за счет слишком прямолинейного вдохновения. 

«Шедевры Van Cleef & Arpels», коллекция, которая будет выставлена в новом бутике в Петровском пассаже, — это 70 драгоценных лет истории дома, с 1910 по 1980 год, в шести десятках украшений — важных и весомых (в прямом смысле слова), а также довольно простых, которые тем не менее стали знаковыми для своего времени. 

Самые ранние украшения в коллекции — часы-подвеска с гильоше и эмалью и брошь Grappe de raisin из крошечных жемчужин, на фоне изделий с крупными камнями они кажутся чересчур скромными. 

Период ар-деко стал для многих ювелирных домов отличным шансом продемонстрировать максимум технических и дизайнерских возможностей, и дом Van Cleef & Arpels был одним из передовиков в этой гонке. Подтверждение тому — Гран-при парижской Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности 1925 года за браслет Roses, насчитывающий 463 бриллианта классической огранки, 293 рубина и 108 изумрудов огранки смешанного типа. Roses чуть ли не главное украшение этой коллекции, одновременно свидетельство исторического триумфа и идеальный образец того, как ювелирный дом работает с цветочными мотивами. Союз художественного директора дома Рене Пюиссан и художника Рене Сима Лаказа сделал ­1930-е звездным временем для Van Cleef & Arpels. Именно в это десятилетие появляется знаменитая «невидимая» закрепка камней serti mystérieux.

Долгие годы продуктивной работы Van Cleef & Arpels с египетской королевской семьей воплотились в несколько десятков уникальных украшений, однако в коллекцию по понятным причинам попали лишь отдельные экземпляры. Настоящая жемчужина — колье Collerette 1937 года с десятью крупными колумбийскими изумрудами общим весом 165 карат. Но вес изумрудов — не самое уникальное, что есть в этом украшении. Внимания заслуживают, скорее, многообразие бриллиантовой огранки и специальная изумрудная застежка-противовес, на создание которой у мастеров ушло несколько месяцев. 

В том же году свет увидела знаковая модель часов Cadenas. В 1930-е часы были настолько важной частью жизни и общественным маркером, что почти все ювелирные дома с головой погрузились в создание «своей» модели. Cadenas стали для Van Cleef & Arpels дизайнерской находкой и бестселлером на долгие годы. 

Следующее десятилетие, 1940-е, были временем экспериментов Van Cleef & Arpels с металлом — камни отошли на второй план по понятным историческим причинам. Оптические иллюзии превращали металл в кружево, сетку, тесьму, вышивку, ленту или пайетки (справедливости ради надо сказать, что первые коллекции с пайетками появились еще в 1936-м).

Многие из классических образцов драгоценного паве Van Cleef & Arpels были созданы в 1950-е годы. Идеальный пример — набор украшений с цветочным мотивом, принадлежавший Марджори Мерриуэзер Пост. Наследница агропромышленной империи заказывала украшения много и часто. 

Помимо богатых американских наследниц, клиентками дома были все знаменитости ХХ века — от членов королевских семей до кинозвезд. Van Cleef & Arpels делали много украшений для императрицы Ирана Фарах Пехлеви. Княжеская семья Монако — и княгиня Грейс, и принцесса Каролина — были преданными клиентками дома на протяжении многих лет. Они заказывали и сложные дорогие вечерние украшения, и с удовольствием носили совсем простые дневные коллекции. На неофициальных фотографиях можно часто видеть княгиню Грейс либо с несколькими нитками сотуара Alhambra, либо с забавными брошами-зверьками, которые в прошлом году дом перевыпустил в коллекции Lucky Animals.

Выставка исторической коллекции хороша тем, что позволяет проследить развитие и эволюцию сюжетов Van Cleef & Arpels сквозь десятилетия, отмечая преемственность и отличия, яркие дизайнерские и технические приемы, характерные для одного из старейших ювелирных домов мира. 

Партнерский материал