Бородатыми женщинами восхищались еще в XVII веке

Бородатый австриец Том Нойвирт в образе женщины по имени Кончита Вурст стал сенсацией недавно завершившегося музыкального конкурса «Евровидение-2014». Оставляя за рамками исполнительское мастерство (сложная в музыкальном отношении песня «Rise like a Phoenix» была спета очень хорошо), зрители сосредоточили внимание прежде всего на внешности певца. С удивительным единодушием почти 180 млн европейцев проголосовали за трансвестита, а фото бородатой «женщины» украсило первые полосы всех таблоидов. Эти события напомнили моему внутреннему историку об одной замечательной работе недооцененного художника испанского барокко, единственного караваджиста, не только подражавшего мастеру, но и усовершенствовавшего его манеру, — Хусепе де Риберы.

Копии его полотна «Портрет Магдалены Вентуры с мужем», чаще именуемого «Бородатая женщина» («La Barbuda»), мне доводилось видеть в Севилье и Мадриде. Интересно было наблюдать, как прогуливающиеся по залу посетители музея замирают у картины, отходят, снова возвращаются, чтобы еще раз внимательно разглядеть увиденное. Да-да, на ней изображена бородатая женщина, и это не реклама местного цирка. Это семейный портрет, написанный приблизительно в 1631 году по заказу Фердинанда II, графа Алкала, вице-короля Неаполитанского королевства, находившегося в XVII веке под властью Испании.

Узнав об удивительной внешности Магдалены Вентуры, вице-король поселил ее вместе с мужем в своем дворце в Неаполе, чтобы Рибера, придворный художник, смог написать ее портрет, увековечив это «чудо природы».

Пространная подпись в правом нижнем углу сообщает о том, что на картине изображена 52-летняя Магдалена Вентура из Абруцци, мать троих детей, у которой с 37-летнего возраста начала расти густая длинная борода. Рядом с ней стоит ее супруг, Феличе де Амичи.

Рибера был удивлен и восхищен не меньше, чем вице-король. Сходство портретируемой с мужчиной, переодетым в женское платье, так велико, что художник, чтобы подчеркнуть женскую природу, написал ее кормящей грудью младенца и добавил аллегорические предметы: моток шерсти и раковину.

Сегодня борода у женщины перестала считаться чудом природы (что в XVII веке приравнивалось к божественному чуду): причина ее появления известна — гирсутизм, избыток мужского полового гормона тестостерона. Но в ту эпоху, особенно при дворе испанских Габсбургов, в первую очередь Филиппа IV, бородатые женщины, карлики и другие природные отклонения вызывали живой интерес и религиозный трепет, который шел рука об руку с растущей тягой к постижению мира посредством науки, достигнувшей своего пика в эпоху Просвещения. Поэтому сюжет картины Риберы не уникален. К примеру, за несколько десятилетий до него, в 1603 году, художник Хуан Котан написал портрет другой бородатой женщины — Бригиды Санчес дель Рио, известной как Бородатая из Пеньяранды.

Портрет Магдалены Вентуры позднее перешел к внуку Фердинанда II Хуану Франсиско, восьмому герцогу Мединасели, который был собирателем разнообразных диковин и редкостей вроде головы быка с тремя рогами. Кстати, насколько известно, современники никогда не смеялись над донной Вентурой, а лишь восхищались ее экстраординарной внешностью. Даже картину могущественный покровитель заказал для того, чтобы показать ее во всем необыкновенном великолепии потомкам.

Выходит, что история с победой Тома Нойвирта, он же Кончита Вурст, стала не только примером европейской толерантности, но и продолжением (по крайней мере с эстетической точки зрения) давней традиции восхищаться женщинами с бородой. — Ноа Чарни