18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Создание музея граффити в Санкт-Петербурге

Не является ли легализация стрит-арта попыткой властей контролировать творческий процесс художников?

Официальный музей граффити скоро появится в Санкт-Петербурге, под него будут отданы неиспользуемые цеха действующего завода слоистых пластиков. Музей — инициатива собственников завода. Он уже зарегистрирован в Минюсте, его выставочная площадь составит 2 тыс. м2, открытие запланировано на 2015 год.

Не секрет, что с улиц граффити давно перекочевали в музеи и «белые кубы» галерей, а работы звезд стрит-арта вроде Бэнкси, Кита Харинга, Жан-Мишеля Баскиа и Ли Киноньеса фигурируют в топах аукционных продаж. Стрит-арт лишился налета подпольности едва ли не с момента своего зарождения: фестивали и выставки уличного искусства проходят по всему миру, а граффитисты оформляют магазины и рекламные щиты. Музеефикация граффити в России, однако, явление недавнее. Фестивали граффити регулярно проходят по всей России: в Екатеринбурге, Казани, Ростове и Санкт-Петербурге. Один из первых столичных фестивалей состоялся в 2006 году на «Винзаводе». Туда же в 2010 году переехал проект Стена (организаторы — участники группы «310» Степан Краснов (Fet) и Андрей Целуйко (Zeaner)), открывшийся годом раньше на «Арт-стрелке», сотрудничавший с художниками и проводивший лекции и дискуссии по проблемам уличного искусства. Музейные выставки стритарта проходили в Москве с середины 2000-х. Здесь можно вспомнить проекты Граффомания (Московский музей архитектуры им. Щусева, 2004), Граффити: культура — субкультура — контркультура (Библиотека иностранной литературы им. Рудомино, 2004), Original Fake (Московский центр искусства, 2005), Метаморфозы граффити (Дарвиновский музей, 2011), акцию Стрит-арт (Государственная Третьяковская галерея, 2006), фестиваль стрит-арта «Мост» в пространстве Дизайнзавода «Флакон» (2012).

Новый поворот в судьбе стрит-арта в России наметился в феврале 2013 года, когда Группа компаний ПИК и фонд «Социальные проекты и программы» при поддержке правительства Москвы запустили проект Забота об общих жилых пространствах и противодействие вандализму. Своей целью организаторы видели своеобразную гигиену уличного искусства в пространстве города: чтобы граффити появлялись не хаотически и абы где, но служили благоустройству городской среды. Компания-застройщик активно поддержала столичный фестиваль «Лучший город земли», в рамках которого художников — с санкции застройщиков — активно начали запускать на улицы города для создания настенных росписей и граффити. По словам главы Департамента культуры Москвы Сергея Капкова, всего в рамках фестиваля планировалось расписать 150 городских объектов. Всем желающим предлагается «граффити-помощь»:поклонники уличного искусства могут отправить заявку художникам на создание произведения стрит-арта в их районе. Кульминацией «выхода в народ» стало открытие летом проекта СахАрт на территории Краснопресненского  сахарорафинадного завода. Посетителям предоставили полную свободу самовыражения. В пространстве завода (как выяснилось, обреченного вскорости на снос) оставить свой след мог практически каждый: наплыв заявок был колоссальным, и места хватило почти всем. Подобная «стерилизация» граффити, выхолащивающих собственное содержание в сторону совсем прикладных задач (граффити на тему войны 1812 года), казалось бы,  противоречит протестному духу уличного искусства, некогда вполне сознательно стремившегося к  нелегальности, — работать на заказ соглашаются не все художники до сих пор.

Впрочем, такое  противопоставление далеко не всем экспертам кажется справедливым. «Конфликт нелегального и легального искусства в области граффити — смешной, но очень распространенный стереотип, — говорит независимый куратор Анна Нистратова, занимавшаяся рядом проектов, связанных с уличным искусством. — Еще год назад в Москве почти не было ни одной настенной росписи, а сейчас их уже больше сотни. Граффити и настенные росписи — это часть визуального облика города, над которым тоже необходимо работать». Проблема, по мнению Нистратовой, состоит в отсутствии внятной городской политики в области пабликарта. Фестиваль «Лучший город земли» выглядел больше как развлекательное событие. За год возникло более сотни объектов, но не появилось четкой процедуры оформления разрешения на роспись стены или условий сохранения граффити. «У нас очень широкие возможности использования стрит-арта для улучшения городского пространства. Но хотелось бы, чтобы процессы были прозрачными», — считает куратор. По мнению уличной художницы Микаэлы, легализация граффити — попытка со стороны властей контроли- ровать независимый творческий процесс: «Стрит-арт во многом прорыв иерархий. Власти удобнее, если художники действуют в отведенных рамках». Тем не менее художница не отвергает для себя возможности участвовать в мероприятии, связанном с уличным искусством, если оно не противоречит ее политической позиции. «Мое участие или неучастие зависит от политической идеи события. В таких проектах, как Голос улиц и Феминистский карандаш, я участвовала потому, что эти события были важны для меня с политической точки зрения», — объясняет Микаэла. Идея сделать граффити вместе с жителями района ей очень интересна, «если при этом удастся отразить проблемы, волнующие людей».- Валерий Леденёв

Дмитрий Зайцев
Председатель совета директоров завода слоистых пластиков, инициатор создания музея стрит-арта

Идея создания музея стритарта возникла у меня два года назад, мы отталкивались от особенностей места. У нас есть завод, которому 60 лет, он старый, где-то грязный. Когда каждый день приходишь туда на работу, в какой-то момент возникает желание изменить пространство вокруг себя. Мы решили провести архитектурный конкурс на проект перестройки старого здания с башней на территории нашего завода. Оно не используется, а снести его жаль. И мы задумались над созданием музея современного искусства. Когда архитекторы — участники конкурса приехали и увидели территорию завода, они сначала удивились, что мы хотим что-то строить, и сказали: «Да у вас и так все хорошо». Но для меня лично музей на нашей территории — это другой взгляд на промышленную архитектуру. Лозунг музея можно сформулировать так: Аrt meets industry — «Искусство встречается с промышленностью».

В 2015 году планируется открытие музея, но он живет уже сейчас: художники работают на территории нашего завода, мы формируем коллекцию. Бюджет проекта — $10–30 млн. Почему стрит-арт? Я хотел открыть музей современного искусства и обдумывал, нужен ли он вообще, ведь сейчас только ленивый не открывает музей, особенно современного искусства. Потом я посмотрел фильм Выход через сувенирную лавку о Бэнкси и понял, что стрит-арт — это именно то, что нужно. Это запрещенное искусство — за граффити есть уголовная статья, — тем не менее художники пишут картины на стенах не просто так, и есть очень талантливые ребята. С одной стороны, это выражение протеста, а с другой — свобода. Мы сейчас живем в очень жестких рамках — закона, бизнеса… И нас с вами как граждан постоянно ограничивают, художников в том числе. В наше время очень тяжело стать популярным художником: нужны промоушен, деньги. И творчески одаренные люди не всегда могут пробиться. Не от хорошей жизни они идут и рисуют на стене или на заборе.

Отношения с художниками стрит-арта выстраивались непросто, потому что сначала свободные художники, нацеленные на протест, восприняли нас как нечто формальное. Это закрытое сообщество, любое вторжение в него воспринимается как попытка ограниить.

Около года у нас ушло на то, чтобы убедить их в наших благих целях — дать художнику возможность реализовать себя на стене работающего предприятия или в рамках музея. Мы провели инвентаризацию стен на заводе и предлагаем художникам выбрать место и реализовать свой замысел. Предварительно мы просматриваем эскизы, но никакой жесткой цензуры нет. Вот художник Тимофей Радя сделал концептуальную работу — манифест стрит-арта.

Самое читаемое:
1
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
Смерть вдовы Элия Белютина Нины Молевой актуализировала вопрос, кому отойдет коллекция старых мастеров. Вспоминаем нашу статью 2015 года, так как новых фактов за это время не появилось
14.02.2024
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
2
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
Даже те, кому не понравился фильм, не отрицают, что в нем создана особая реальность, параллельная тексту Михаила Булгакова. Мы поговорили с участниками съемочной группы о визуально-пластическом языке фильма: вторых планах, цвете и важных деталях
09.02.2024
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
3
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
Выставка «Герои и современники Серебряного века» представляет «наиболее объективный и выразительный портрет эпохи». Это уже четвертая часть цикла, посвященного рубежу XIX–XX веков, времени журналов, манифестов и художественных группировок
14.02.2024
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
4
Импрессионизм как источник света в условиях нехватки воздуха
Произведения из коллекций 27 музеев России, представленные на выставке в Санкт-Петербурге, отдают дань традициям и эстетике импрессионизма, которые находили отражение в советском изобразительном искусстве разных лет
27.02.2024
Импрессионизм как источник света в условиях нехватки воздуха
5
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
Одна из самых больших выставок Павла Филонова в Москве проходит в Медиацентре «Зарядье». О своих впечатлениях рассказывает писатель Дмитрий Бавильский — и приходит к выводу, что восприятие художника сильно зависит от оптимизма или пессимизма зрителя
15.02.2024
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
6
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
Эрмитаж приобрел почти полторы сотни предметов из собрания покойного мецената Юрия Абрамова, который при жизни был почетным другом музея. В их числе — прижизненный скульптурный портрет Микеланджело Буонарроти и посмертный бюст Александра I
20.02.2024
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
7
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Ярославский художественный музей — неоднократный лауреат премии ИКОМ России, номинант и победитель ряда международных конкурсов. С 2008 года им руководит Алла Хатюхина, которую мы расспросили о необычном проекте «Три стихии» и о достижениях музея вообще
26.02.2024
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+