Когда комментарии не излишни

№47, октябрь 2016
№47
Материал из газеты

Сборник «Якопо да Понтормо: Художник извне и изнутри» написан тонким знатоком искусства маньеризма в излюбленном постмодернистами жанре комментария

Ипполитов А. Якопо да Понтормо: Художник извне и изнутри. СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2016.
Ипполитов А. Якопо да Понтормо: Художник извне и изнутри. СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2016.

О любви не говорят, но внимательный читатель эссеистики Аркадия Ипполитова, писателя, критика, куратора и хранителя итальянских гравюр в Государственном Эрмитаже, вспомнит, что вздохи украдкой о Якопо да Понтормо (1494–1557), одиноком флорентийском гении, с кого начинается история маньеризма, в ней нет-нет да и проскальзывали. И вот наконец тайный воздыхатель нашел изящный способ нарушить негласное искусствоведческое табу, написав о любви всей своей жизни. Не ученую кирпич-книгу со множеством иллюстраций, не поэму и не биографию, а пространные примечания — к биографии и дневнику. Однако жанр сухих наукообразных комментариев никак не дается автору этих фрагментов речи влюбленного.

Художник извне — это глава из Жизнеописаний Джорджо Вазари в старинном переводе гахновца Александра Габричевского, как выясняется, не всегда точном. Главу Художник изнутри составила Моя книга Понтормо в недавнем переводе Софьи Лурье. Художник извне — взгляд художника-маньериста следующего поколения, который отдает дань, не может не признавать заслуг, но все же недолюбливает своего героя, создавая романтический миф о замкнутом, нелюдимом, угрюмом одиночке, бесспорном таланте, но с придурью, — куда только, дескать, не падает искра божья. Ипполитов не устает сражаться с предвзятостью Вазари, доказывая, что меланхолия не грех, сложный характер извинителен для гения, а что касается вредного нрава, взбалмошности и причуд, то это пустые выдумки, мелкая месть придворного художника строптивому мастеру, по убеждениям республиканцу и чуть ли не поборнику христианского коммунизма — ирония постмодерниста-соглашателя по отношению к бунтовщику-модернисту. И глава Художник изнутри как будто бы работает на концепцию Вазари: дневниковые записи трех последних лет жизни Понтормо бесконечно далеки от романтических представлений о том, каким должен быть дневник художника. Понтормо не рассчитывал на публикацию «своей книги» — искусствоведу нечем в ней поживиться. Зато историк повседневности найдет богатый материал, касающийся тосканской кухни и рациона состоятельного флорентийца. Дневник скрупулезно фиксирует каждую из запомнившихся трапез, а иногда и удачное опорожнение желудка вслед за хорошим ужином. И этот трогающий до слез человеческий документ старости и одиночества, как и с блеском написанная биография Вазари, приобретают в устах комментатора живой, современный смысл. И мы уже не сомневаемся в том, что обнаженный красавец с ее обложки, протягивающий к нам руку, — это автопортрет художника. Хотя в каталогах Британского музея, где хранится рисунок, слово «автопортрет» взято в скобки и со знаком вопроса. Конечно, вот он, живой, и рука, в смелом ракурсе выброшенная вперед, пробивает слои времени.

Осовременено все. И сам текст Вазари, который так же неожиданно протягивает руку Альфреду де Мюссе, Оноре де Бальзаку, Эмилю Золя, Антону Чехову, Дмитрию Мережковскому, Райнеру Мария Рильке, Томасу Манну. И само время, время конца республики, установления диктатуры Медичи и угасания Ренессанса. В борьбе партий, придворных интригах, духовном борении Реформации и Контрреформации, очередном падении Рима под натиском германцев, метаниях интеллектуалов в поисках надежной политической и мировоззренческой опоры мы со смехом узнаем себя, стоящих пятой колонной иностранных агентов на руинах империи в ожидании варваров. Мы словно бы смотрим новый фильм прежнего Питера Гринуэя, где полное погружение в эпоху происходит таким парадоксальным образом, что это не мы уходим в прошлое, а прошлое приходит к нам, прорастая сквозь настоящее. И видим вызолоченного для триумфальной процессии мальчика, умирающего в страшных мучениях где-то на задворках праздника под безжалостную музыку Майкла Наймана. Фигура художника кажется нам до боли знакомой. Не в том смысле, что это вечная фигура художника: погруженного в себя мыслителя, ангела Меланхолии с гравюры мастера Альбрехта, смелого и одинокого авангардиста-революционера, провозвестника будущего. Но в том смысле, что перед нами интеллектуал-диссидент в растерянности на грани с отчаянием посреди реакции: золотой век прошел, надежды рассеялись как дым, прислуживаться тошно, но жить как-то надо. И сумерки свободы, сгущаясь, дарят зрению ослепительную ясность.

Самое читаемое:
1
Главные выставки нового сезона
Выставка Врубеля под кураторством Аркадия Ипполитова, Жан-Юбер Мартен в ГМИИ, «Смолянки» Левицкого, Константин Мельников во всех видах, Ай Вэйвэй из дутого стекла, «Атомная Леда» Дали и многое другое в нашем списке самых любопытных проектов осени
01.09.2021
Главные выставки нового сезона
2
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
Четыре крупных столичных музея объявили о создании совместного проекта и представили свои маршруты
16.09.2021
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
3
В Манеже открылась девятая ярмарка Cosmoscow
Участие в международной ярмарке современного искусства принимают 77 галерей
17.09.2021
В Манеже открылась девятая ярмарка Cosmoscow
4
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Криминальные истории из мира aрт-бизнеса, ностальгические путешествия, интервью в анимационном формате и поездка на старом автомобиле: на The ART Newspaper Russia FILM FESTIVAL 2021 представлены разные жанры современного кино об искусстве
02.09.2021
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
5
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
Директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова рассказала о том, каким видит музей в будущем, об идеальной выставке и почему картины Михаила Врубеля вызывают интерес у зрителей от Казани до Осло
22.09.2021
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
6
Михаил Карисалов: «Тема частного музея, музея одного коллекционера мне не очень близка»
Меценат и потомственный коллекционер Михаил Карисалов рассказал о том, почему решил передавать в дар музеям обширные части своей коллекции и какие из принадлежащих ему произведений можно будет увидеть на выставке в фонде IN ARTIBUS с 7 сентября
06.09.2021
Михаил Карисалов: «Тема частного музея, музея одного коллекционера мне не очень близка»
7
Еврейский музей и центр толерантности покажет Рембрандта и расскажет о каббале
В свой юбилейный год московский музей реконструирует еще одно крыло Бахметьевского гаража и устроит выставки крупнейших художников, в том числе Рембрандта и Клюна
02.09.2021
Еврейский музей и центр толерантности покажет Рембрандта и расскажет о каббале
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+