Эклектика — царское дело

№41, март 2016
№41
Материал из газеты

История русского искусства, задуманная в 22 томах, выходит не в хронологическом порядке,но по мере готовности. Новый том посвящен двум последним десятилетиям ХIХ века — времени, казалось бы, близком по настроению современному читателю, пережившему конец века ХХ

Илья Репин. Прием волостных старшин императором Александром III. 1885–1886. Москва, Третьяковская галерея
Илья Репин. Прием волостных старшин императором Александром III. 1885–1886. Москва, Третьяковская галерея

Очередной том Истории русского искусства — монументального труда Государственного института искусствознания — 17-й по порядковому номеру и 4-й увидевший свет. Как считает Светлана Лащенко, научный редактор издания и автор трех статей в нем, на рубеже веков всегда обостряется «ощущение конца» — эпохи, традиций и надежд, возникает болезненное чувство невозвратимости «великого прошлого». Но наука не любит эффектных, не вполне корректных сравнений, поэтому в 17 статьях 16 авторов книги это утверждение не поддерживается. Что поделаешь, если эклектика наблюдалась тогда не только в архитектуре, но и во взглядах на искусство? Его творцы разочаровались и в революционном движении, и в пользе сеять разумное, доброе, вечное.

Читая тексты о разных видах и жанрах искусства одного времени, начинаешь подозревать, что там происходили процессы, мало между собой связанные, — настолько по-разному они видятся и описаны авторами книги.

Конечно, прослежены некоторые общие тенденции и задачи, прежде всего поиски национальной идеи, особого «русского стиля». Он был, как известно, найден формально, на уровне заимствований из далекого допетровского, доевропейского, византийского прошлого и фольклора. Но особой русской духовности — гармонии, которую искал, например, композитор Сергей Танеев, или бога, который должен был отражаться в пейзаже, как хотел живописец Исаак Левитан, — явить миру так и не удалось.

Хотя «официальная культурная доктрина Александра III», лично следившего за художниками, во многом и совпадала с их личными поисками. Вот это важное утверждение вводной статьи как раз находит поддержку при чтении почти всех текстов. В том же убеждают значимые для русского искусства произведения в неорусском стиле, созданные и по государственному велению, как, например, Владимирский собор в Киеве, и по свободному артистическому волеизъявлению, как церковь в подмосковном Абрамцеве.

Нет ничего про русскую самобытность, разве что в статье Елизаветы Суриц о балете. В ней говорится все больше про француза Мариуса Петипа, ведь именно балет того времени до сих пор хорошо экспортируется в качестве национального достижения. Зато в статье Елизаветы Уваровой о городской развлекательной культуре не только описаны триумфальные успехи заезжих «представительниц шансонетного жанра», но и отмечена популярность жанра «лапотного» — неорусского стиля, проникшего из высоких в низкие жанры.

Отказ от деления на высокое и низкое, прогрессивное и отсталое, самобытное и подражательное, как это было принято в советской науке об искусстве, — принцип всего издания. Поэтому в большом обзоре живописи от Павла Климова героями становятся не только лучшие русские художники, но и салонные живописцы. Персонажей здесь так много, что не о каждом удается сказать хоть что-то новое.

Климов, как и большинство авторов, отмечает и свойственную времени идею самоценности красоты, но акцентирует внимание на ней Наталия Сиповская в Декоративно-прикладном искусстве и интерьере.

Помимо продуманного отбора тем, фактов, вещей и их авторов — а эти достоинства есть у всех статей, — интересны сквозные параллели с тем, что происходило в искусстве европейском. И тогда становится ясно, что и в поиске национального стиля страна наша не исключительна. Что легко понять и по приведенной в книге хронологической таблице событий, происходивших в России и мире. Изучать ее увлекательно, но неудобно: узкие столбцы, мелкий шрифт, выводы приходится делать самому, а хочется узнать авторитетное мнение. Но его часто и не заметишь за перечислением фактов и описанием памятников. Словно ученые не берут на себя ответственности выбора и риска оценок, предъявляют только солидную профессиональную осведомленность.

Конечно, у авторов тома спецзадача: они пишут о людях и произведениях, широко известных. О самом лучшем и безмерно популярном в русском искусстве. О последних симфониях Петра Чайковского и его Пиковой даме, об Исааке Левитане и Илье Репине, о суриковской Боярыне Морозовой и васнецовских Богатырях, о пасхальных яйцах Фаберже и кузнецовском фарфоре, о храме Спаса на Крови и особняке Арсения Морозова на Воздвиженке. Разумеется, у каждого, как стало ясно в начале этого года, свой взгляд на Валентина Серова, но хочется знать и взгляд, основанный на анализе произведений, знании фактов и контекста.

Том 17 Истории русского искусства оказался не единым объемным исследованием, а сборником обзорных статей, написанных добротно, но без темперамента, даже научного. Наверное, так и надо, ученым виднее. Ну а не скучать помогают цитаты — Стасов-то как писал!

История русского искусства. В 22 т. Т. 17. Искусство 1880-х — 1890‑х годов / Отв. ред. С. К. Лащенко. М.: Государственный институт искусствознания, 2014. 724 с.

Самое читаемое:
1
Рисункам Алексея Щусева подарена новая жизнь
На юбилейной выставке знаменитого архитектора Третьяковка показывает в том числе труды своего отдела реставрации графики. Бумажные листы времен проектирования Казанского вокзала и Марфо-Мариинской обители потребовали серьезных восстановительных работ
21.11.2022
Рисункам Алексея Щусева подарена новая жизнь
2
Игорь Грабарь: управляющий искусством
В Третьяковке открывается выставка к 150-летию Игоря Грабаря — художника, теоретика, преподавателя, реставратора и администратора, до сих пор вызывающего восхищение разносторонностью своих достижений
17.11.2022
Игорь Грабарь: управляющий искусством
3
Ереван: современные ценности на древней земле
В Армению, как правило, едут за древними архитектурными достопримечательностями, а между тем в ее столице Ереване более десятка интереснейших музеев
11.11.2022
Ереван: современные ценности на древней земле
4
Умерла Лиана Рогинская, вдова знаменитого художника
Во Франции после продолжительной болезни скончалась Лиана Шелия-Рогинская (1951–2022), вдова художника Михаила Рогинского, много сделавшая для его признания
23.11.2022
Умерла Лиана Рогинская, вдова знаменитого художника
5
Коллекция Пола Аллена продана за $1,5 миллиарда
На аукционе Christie’s в Нью-Йорке собрание шедевров соучредителя Microsoft принесло рекордные полтора миллиарда долларов. Двадцать рекордов цен на художников были побиты, а пять работ проданы более чем за $100 млн
10.11.2022
Коллекция Пола Аллена продана за $1,5 миллиарда
6
Женский век от Гончаровой до Турновой
Идея гендера заложена в основу концепции выставки «И как нам создавать свою красоту?» в Alina Pinsky Gallery. На нее отобрали работы 18 русских художниц
17.11.2022
Женский век от Гончаровой до Турновой
7
Великий шелковый путь: от Узбекистана до Лувра
В Париж привезли выставку самых важных и красивых артефактов из музеев Узбекистана, чтобы рассказать о нескольких тысячелетиях истории этого региона
22.11.2022
Великий шелковый путь: от Узбекистана до Лувра
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+