Эклектика — царское дело

№41, март 2016
№41
Материал из газеты

История русского искусства, задуманная в 22 томах, выходит не в хронологическом порядке,но по мере готовности. Новый том посвящен двум последним десятилетиям ХIХ века — времени, казалось бы, близком по настроению современному читателю, пережившему конец века ХХ

Илья Репин. Прием волостных старшин императором Александром III. 1885–1886. Москва, Третьяковская галерея
Илья Репин. Прием волостных старшин императором Александром III. 1885–1886. Москва, Третьяковская галерея

Очередной том Истории русского искусства — монументального труда Государственного института искусствознания — 17-й по порядковому номеру и 4-й увидевший свет. Как считает Светлана Лащенко, научный редактор издания и автор трех статей в нем, на рубеже веков всегда обостряется «ощущение конца» — эпохи, традиций и надежд, возникает болезненное чувство невозвратимости «великого прошлого». Но наука не любит эффектных, не вполне корректных сравнений, поэтому в 17 статьях 16 авторов книги это утверждение не поддерживается. Что поделаешь, если эклектика наблюдалась тогда не только в архитектуре, но и во взглядах на искусство? Его творцы разочаровались и в революционном движении, и в пользе сеять разумное, доброе, вечное.

Читая тексты о разных видах и жанрах искусства одного времени, начинаешь подозревать, что там происходили процессы, мало между собой связанные, — настолько по-разному они видятся и описаны авторами книги.

Конечно, прослежены некоторые общие тенденции и задачи, прежде всего поиски национальной идеи, особого «русского стиля». Он был, как известно, найден формально, на уровне заимствований из далекого допетровского, доевропейского, византийского прошлого и фольклора. Но особой русской духовности — гармонии, которую искал, например, композитор Сергей Танеев, или бога, который должен был отражаться в пейзаже, как хотел живописец Исаак Левитан, — явить миру так и не удалось.

Хотя «официальная культурная доктрина Александра III», лично следившего за художниками, во многом и совпадала с их личными поисками. Вот это важное утверждение вводной статьи как раз находит поддержку при чтении почти всех текстов. В том же убеждают значимые для русского искусства произведения в неорусском стиле, созданные и по государственному велению, как, например, Владимирский собор в Киеве, и по свободному артистическому волеизъявлению, как церковь в подмосковном Абрамцеве.

Нет ничего про русскую самобытность, разве что в статье Елизаветы Суриц о балете. В ней говорится все больше про француза Мариуса Петипа, ведь именно балет того времени до сих пор хорошо экспортируется в качестве национального достижения. Зато в статье Елизаветы Уваровой о городской развлекательной культуре не только описаны триумфальные успехи заезжих «представительниц шансонетного жанра», но и отмечена популярность жанра «лапотного» — неорусского стиля, проникшего из высоких в низкие жанры.

Отказ от деления на высокое и низкое, прогрессивное и отсталое, самобытное и подражательное, как это было принято в советской науке об искусстве, — принцип всего издания. Поэтому в большом обзоре живописи от Павла Климова героями становятся не только лучшие русские художники, но и салонные живописцы. Персонажей здесь так много, что не о каждом удается сказать хоть что-то новое.

Климов, как и большинство авторов, отмечает и свойственную времени идею самоценности красоты, но акцентирует внимание на ней Наталия Сиповская в Декоративно-прикладном искусстве и интерьере.

Помимо продуманного отбора тем, фактов, вещей и их авторов — а эти достоинства есть у всех статей, — интересны сквозные параллели с тем, что происходило в искусстве европейском. И тогда становится ясно, что и в поиске национального стиля страна наша не исключительна. Что легко понять и по приведенной в книге хронологической таблице событий, происходивших в России и мире. Изучать ее увлекательно, но неудобно: узкие столбцы, мелкий шрифт, выводы приходится делать самому, а хочется узнать авторитетное мнение. Но его часто и не заметишь за перечислением фактов и описанием памятников. Словно ученые не берут на себя ответственности выбора и риска оценок, предъявляют только солидную профессиональную осведомленность.

Конечно, у авторов тома спецзадача: они пишут о людях и произведениях, широко известных. О самом лучшем и безмерно популярном в русском искусстве. О последних симфониях Петра Чайковского и его Пиковой даме, об Исааке Левитане и Илье Репине, о суриковской Боярыне Морозовой и васнецовских Богатырях, о пасхальных яйцах Фаберже и кузнецовском фарфоре, о храме Спаса на Крови и особняке Арсения Морозова на Воздвиженке. Разумеется, у каждого, как стало ясно в начале этого года, свой взгляд на Валентина Серова, но хочется знать и взгляд, основанный на анализе произведений, знании фактов и контекста.

Том 17 Истории русского искусства оказался не единым объемным исследованием, а сборником обзорных статей, написанных добротно, но без темперамента, даже научного. Наверное, так и надо, ученым виднее. Ну а не скучать помогают цитаты — Стасов-то как писал!

История русского искусства. В 22 т. Т. 17. Искусство 1880-х — 1890‑х годов / Отв. ред. С. К. Лащенко. М.: Государственный институт искусствознания, 2014. 724 с.

Самое читаемое:
1
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
Представляем новый рейтинг наших современников, высоко котирующихся на рынке
19.10.2021
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
2
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
Гигантская монографическая выставка Михаила Врубеля в Новой Третьяковке станет важным этапом в познании его наследия. На ней встретятся три «Демона» и впервые будет показано такое количество поздней графики
05.10.2021
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
3
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
Перед реконструкцией главного здания Пушкинского музея в нем решились на большой эксперимент
07.10.2021
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
4
Разводы по-коллекционерски: один из главных двигателей арт-рынка
Правило трех “D” — death, divorce, debt (смерть, развод, долги) — хорошо известно и участникам, и аналитикам арт-рынка. Как правило, одно из этих обстоятельств, а иногда и их совокупность заставляют коллекционеров расставаться с шедеврами
21.10.2021
Разводы по-коллекционерски: один из главных двигателей арт-рынка
5
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
Сандро Боттичелли сейчас второй среди старых мастеров по цене после Леонардо да Винчи. Как правило, главные шедевры таких гениев давно в музеях, и каждое появление их произведений на рынке становится сенсацией
08.10.2021
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
6
Музей Фаберже показывает живопись и графику Сальвадора Дали из его личной коллекции
Всего в Санкт-Петербург привезли больше 60 работ художника из собрания фонда «Гала — Сальвадор Дали». Среди них знаменитая «Галарина», которая не покидала стен Театра-музея в Фигерасе с момента смерти Дали
13.10.2021
Музей Фаберже показывает живопись и графику Сальвадора Дали из его личной коллекции
7
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
«Муж скорбей» появится на январских торгах с предварительной оценкой в $40 млн. Картина обрела авторство Боттичелли благодаря недавней переатрибуции, а до этого считалась работой его учеников
07.10.2021
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+