В Доме Остроухова становится все чудесатее и чудесатее

Чтобы попасть в исходную точку экспозиции, ту самую нору, куда Алиса провалилась, следуя за белым кроликом с красными глазами, нужно сперва пройти через зал, посвященный финалу «Алисы в Стране чудес», — тот самый зал суда, где она дает показания. Это хаотичное решение определенно понравилось бы Чарльзу Лютвиджу Доджсону — математику, фотографу, дьякону и писателю, известному как Льюис Кэрролл. История Алисы, описанная в знаменитой дилогии, — это сон, в нем все подчинено логике сна, которую писатель остроумно препарирует на всем протяжении текста.

Выставка «Алиса, проснись!», созданная Государственным литературным музеем (ГМИРЛИ) в партнерстве с галереей «ГРОСart», занимает практически все пространство особняка Ильи Остроухова, построенного за 12 лет до рождения Кэрролла. Архитектура старого дома диктовала свои правила. Именно поэтому никак не удается пройти по всем залам в строгой последовательности. Впрочем, это не портит впечатления — да и кто сказал, что последовательность должна быть строгой?

Кстати, про сон. В уже упомянутой исходной точке экспозиции нас встречает сюрреалистический коллаж Адольфа Гофмейстера: Алису окружают огромные жестикулирующие руки, а по горизонтали тянутся волнообразные линии, словно прочерченные самописцем. Такими же линиями расчерчен фон комнаты, где висит иллюстрация, они как бы выходят из нее. «Это не просто случайный рисунок, а на самом деле энцефалограмма ребенка, девочки 12 лет, — рассказывает куратор Тимур Хайрулин. — Мы специально искали ее, чтобы нанести на стену. Таким образом, у нас появляется замечательная возможность пригласить внутрь сознания спящей девочки, попытаться разгадать ее сон».

Проект посвящен интереснейшей судьбе «Алисы…» в России. В первом, анонимном (и, честно говоря, не слишком удачном) переводе-пересказе 1879 года книга называлась «Соня в Царстве дива», и критики отзывались о ней как о «болезненном бреде». Потребовались годы и усилия поколений переводчиков и иллюстраторов, чтобы сложился наш, отечественный канон — экосистема, в которой процветают Бармаглот с хливкими шорьками (в переводе Дины Орловской), постепенно вытеснившими и Змеегрыча, и Тарбормота, и Умзара с соответственно ужными мравями, юрзкими хомейками и скойкими сюдами.

Основу экспозиции составили, конечно же, иллюстрации — из фондов ГМИРЛИ и частных коллекций: графика Геннадия Калиновского, Мая Митурича, Павла Пепперштейна, Виктора Чижикова, Лидии Шульгиной и других, фотографические стилизации Владимира Клавихо-Телепнева, деревянные скульптуры Николая Ватагина… А еще кукольный домик Вероники Гараниной и Наталии Лаптевой, изображающий безумное чаепитие.

Художников очень много, рассматривать их работы можно часами, и, в принципе, если бы даже кураторы просто развесили сотни иллюстраций по стенам, выставку было бы интересно посетить. Но литературный материал провоцирует на игру, и кураторы (Елена Грибоносова-Гребнева, Анна Колейчук, Елена Осотина, Наталья Реброва, Тимур Хайрулин) с дизайнером Львом Купершмидтом включились в нее с азартом. В каждом из разноцветных залов присутствует либо кинетическая скульптура, либо интерактивный элемент. В разделе «Пространство» — многочисленные дверцы на разной высоте, открыв которые зритель может увидеть самые разные предметы (пузырек «Выпей меня», например). Что скрывается за дверцей, расположенной буквально на уровне плинтуса, узнают только самые юные (или гибкие). В разделе «Время» сразу два объекта: огромный интерактивный циферблат (в какую сторону ни поворачивай стрелки, механизм вернет их в положение на шесть часов), на стене напротив — динамическая инсталляция Сергея Катрана «Колесо времени» с вращающимся диском и десятками песочных часов.

А к стене зала, посвященного биографии Кэрролла-Доджсона, приделан столик с чайным сервизом. Мало того что столик расположен на боку, он еще и вращается, если нажать на специальную кнопку. Это инсталляция Леонида Тишкова «Безумное чаепитие», изготовленная в 2008 году к выставке «Алиса в Стране чудес» в «Домике Чехова» на Малой Дмитровке. В разобранном виде она скиталась по мастерским, и вот годы спустя столовращение возобновилось. «Пришлось заново подклеивать сахар, ложки — но все работает», — констатирует куратор Наталья Реброва.

Дом И.С.Остроухова в Трубниках
«Алиса, проснись!»
До 5 апреля