Рассказ по картинкам: галерист и коллекционер Ильдар Галеев в амплуа эссеиста

У галеристов бывают разные стратегии: кто-то держится только хрестоматийных имен, кто-то раскручивает молодых художников; одни делают ставку на максимально широкий спектр искусства (хоть что-нибудь да сработает), другие выбирают узкую специализацию. Своих авторов так или иначе пытаются продвигать почти все, но крайне редко это сочетается с настоящими исследованиями, первыми публикациями архивных материалов и тому подобным. Якобы за такую работу должны отвечать музеи и научные институции. А вот Ильдар Галеев, основатель и владелец московской «Галеев-галереи», думает иначе. «Меня всегда интересовало не искусство вообще, а искусство в частности», — написал он у себя на сайте в связи с 20-летием своей арт-институции.

К юбилею устроена выставка под названием «ХХ лет работы», сопровожденная выходом одно­именного альбома. Формально это каталог, но его можно рассматривать как некий промежуточный и косвенный итог деятельности галереи. Промежуточный — понятно, а почему косвенный? Дело в том, что Галеев на протяжении всех этих лет охотно показывал произведения из чужих коллекций и архивов — что, опять же, не очень типично для хозяина частной галереи. И каждый раз выпускались альбомы или монографии, где нередко преобладали гостевые сюжеты. А тут картины только из собственной коллекции Галеева — 50 живописных произведений, которые он в предисловии к альбому называет «знаковыми для истории галереи».

Большинство из них относится к периоду, который принято называть советским довоенным, то есть датированы они 1920–1930-ми. Примечательно, что Галеев воспринима­ет художества того времени отнюдь не как антиквариат: ему интересны не стандартные признаки эпохи, а как раз отклонения от них. Его герои прежде всего люди с собственными творческими установками, а не с государственными директивами в голове. И это не столько радикальные авангардисты, сколько художники пост­авангарда, приверженцы обновленной, переосмысленной фигуративности — словом, «формалисты». Здесь можно встретить московских авторов — назвать хотя бы Татьяну Маврину, Бориса Рыбченкова, Михаила Соколова (они, впрочем, все приезжие, но стали знаковыми фигурами именно московского искусства); еще один приезжий с дипломом столичного ВХУТЕМАСа, Баки Урманче, получил известность в родной Казани — городе, не чужом и для Ильдара Галеева; найдется в коллекции даже представительница «туркестанского авангарда» — Валентина Маркова. Но все же явное численное преимущество — за петербургско-ленинградскими именами и сюжетами. Тут и признанные звезды (признанные в том числе властью, но не впавшие в соцреализм) — Алексей Пахомов, Константин Рудаков, Александр Самохвалов; и те, кто предпочел остаться на периферии официального искусства, — Владимир Гринберг, Герта Неменова, Николай Тырса; а еще есть художники, которых не каждый специалист вспомнит и назовет (например, Евгения Эвенбах).

Что ж, довоенный Ленинград у Галеева — любовь № 1. Куда более неожиданными оказываются работы дореволюционные (Михаил Врубель, Александр Маковский) и, наоборот, созданные уже в 1960–1980-х (Иван Сотников, Михаил Шемякин). Однако все неожиданности находят объяснение. Альбом сделан в формате «картинка плюс эссе»: к каждой репродукции приложен развернутый комментарий насчет того, чем примечателен художник, откуда взялось именно это произведение и почему оно приглянулось будущему владельцу. Такое чтение — отдельное удовольствие, поскольку Ильдар Галеев наделен недюжинным даром слова.

Обещано и продолжение юбилейных публикаций. Второй альбом будет называться «Работы на бумаге» и выйдет предположительно в первой половине 2026 года. А еще, между прочим, в этой коллекции имеется и раздел фотографии.