«Подруги»: конструктивный взгляд на женскую дружбу

Показывая произве­дения художников, часто за скобками оставляют личное, то есть саму жизнь. Выставка «Подруги», приуроченная к 130-летию Варвары Степановой (1894–1958), хороша как раз тем, что вскрывает неформальные связи художниц, оказавших влияние не только на живописный дискурс, но и на всю среду повседневного обитания современного человека — можно сказать, на саму конструкцию жизни. Книга-каталог, собравшая материалы проекта Пушкинского музея (минувшей осенью она стала победителем национального конкурса «Книга года — 2024» в номинации «Art-книга»), расширяет рассказ о женщинах, которые создали новый мир и красоту, вышедшую за рамки холста.

Пять разделов издания повествуют и о знаменитостях — Надежде Ламановой, Вере Мухиной, Ольге Розановой, Варваре Степановой, Эсфирь Шуб, Александре Экстер, и о почти неизвестных, но талантливых Анастасии Ахтырко, Елизавете Игнатович, сестрах Галине и Ольге Чичаговых. Речь идет об их конструктивистском подходе в прикладном искусстве, новациях в театре, кинематографе, моде, книжном и журнальном деле. Эти главы, по сути, повторяют содержание экспозиции. Лучшая же часть книги — в начале; она выходит за рамки выставки в ГМИИ. Здесь четыре обзорные статьи — Александра Лаврентьева, Екатерины Лаврентьевой, Ольги Муромцевой и Натальи Козловой.

Внук Родченко и Степановой, искусствовед Александр Лаврентьев резонно поминает в «зачине» знаковую выставку 1999–2001 годов с несколько иным составом, которая открыла миру «амазонок авангарда». Но это «поле непрерывной разведки новых территорий искусства», как выразился профессор, по сей день не перепахано от края до края. Он приводит цитаты из дневников бабушки, показывая окружение Степановой ее же глазами и акцентируя важное: например, «великую декоративность» Ольги Розановой, что «выкинет живопись из комнат и музеев на улицы и площади», или «свободное движение», коим Александра Экстер обогащает театральную сцену.

Жизни подруг-художниц переплелись причудливым образом. Александра Экстер и Вера Мухина познакомились в 1916 году. Обе позднее искали свое место в новом мире и ради заработка объединились в артель МЭП (аббревиатура из начальных букв фамилий Мухина, Экстер, Попова). Делали шляпки, сумочки, пояса, декоративные вещи, порой используя мочала и крашеную рогожку. А уже осенью 1921 года Александра Экстер, Александр Родченко, Варвара Степанова, Александр Веснин и Любовь Попова представили по пять работ на выставке «5 х 5 = 25». Она стала поворотной — от беспредметной живописи к индустриальному искусству. Родченко писал: «Мы были за новый мир, мир индустрии, техники и науки. Мы были за нового человека. Мы создавали новое понятие о красоте».

Вера Мухина была ближайшей подругой гениального модельера Надежды Ламановой, несмотря на разницу в возрасте в 28 лет. В ее мастерской швеи шили только части платья или костюма: одна — лиф от платья, другая — юбку или рукава. Каждая модель собиралась вместе в нескольких вариантах. Тогда это было ноу-хау — теперь используется повсеместно. В 1928 году Ламанова сформулировала теорию промышленного моделирования — будущего дизайна. Именно она изобрела универсальные выкройки, которые стали хитами советских модных журналов. По эскизам каждый мог сшить себе платье или комплект. В книге приводится эскиз платья «три в одном» — рисунок Веры Мухиной по модели Ламановой. Все героини этой книги так или иначе пересекались и сыграли свою роль в судьбах друг друга и большого искусства.

Пока не все истории собраны и рассказаны в подробностях. Еще предстоит изучить архивы сестер Чичаговых, которые выдумали жанр «производственной детской книги». Ждет дальнейшего исследования и история Анастасии Ахтырко, студентки первого факультета промышленного дизайна Строгановки, которая только развернулась в бригаде «Синяя блуза», как угодила под клеймо «формализма» и была отправлена рисовать плакаты по безопасности на комбинат Художественного фонда СССР. Зато плакаты эти у нее выходили фантастические — лаконичные и конструктивные, по заветам Степановой.

Несколько таинственной остается и фигура Эсфирь Шуб, пионера художественного монтажа в документальном кино. В 1927 году Шуб пересобрала кадры официальной царской хроники в фильм «Падение династии Романовых», применив новый метод склейки — короткими динамичными эпизодами. Эсфирь Шуб входила в группу «Октябрь», как и еще одна героиня выставки — Елизавета Игнатович, сестра известного советского фотографа Бориса Игнатовича. В декларации группы «Октябрь», изложенной Родченко в журнале «ЛЕФ», говорилось: «Фиксируйте человека не одним „синтетическим“ портретом, а массой моментальных снимков, сделанных в разное время».

«Подруги» — книга о конструкторах и хроникерах 1910–1930-х годов — собрала как раз такой несинтетический коллективный портрет на страницах в нежно-оранжевых тонах, вторящих одной из тканей Степановой. Разглядывая фотографии улыбающихся подруг, посиделки в дачной густой траве и за столом, кажется, чувствуешь энергию этих невероятных женщин.