Макс Фридлендер не понаслышке: еще раз про любовь к старым мастерам

Есть имена, которые любой хороший студент искусствоведческого отделения, разбуди его посреди ночи, отбарабанит подобно таблице умножения: Беренсон, Вёльфлин, Дворжак, Панофский... И Макс Фридлендер (1867–1958), конечно же. При этом знать досконально, что именно те написали, уже не очень получалось, по крайней мере пару десятилетий назад было так. Ведь читать в оригинале было трудновато: классики в основном писали по-немецки, русских переводов почти не имелось. Например, того же Фридлендера при жизни в Советском Союзе переводили только дважды: в 1923 году вышел «Знаток искусства» (1919) под редакцией Бориса Виппера, а в 1925-м — «Литография» (1917), — и всё.

И это удручающая ситуация, учитывая масштаб личности Фридлендера как искусствоведа. Сын берлинского банкира-еврея, он с юности заинтересовался живописью, в 1891 году защитил докторскую диссертацию по Альбрехту Альтдорферу, затем работал в Берлинской картинной галерее в качестве помощника Вильгельма Боде, а с 1924 по 1934 год был ее директором. Благодаря его активности собрание музея пополнилось огромным числом работ немецких и нидерландских мастеров. В 1939 году Фридлендер был вынужден уехать в Нидерланды, где продолжал трудиться до конца жизни. Из его книг наиболее известна «Об искусстве и знаточестве» 1946 года (издана на русском языке в 2001 году), где он подробно останавливается на своем методе познания произведений искусства — «знаточеском», заметно отличающемся от формального анализа, «истории искусства как истории духа» и так далее. Другой важнейший труд Фридлендера — 14 томов «Старонидерландских мастеров», созданных им в период между двумя мировыми войнами и, помимо многих важных стилистических обобщений и предположений, задокументировавших ряд памятников, которые позже будут уничтожены или украдены.

Книга «От Ван Эйка до Брейгеля: этюды по истории нидерландской живописи» — это сборник 1919 года, состоящий из небольших биографических эссе о тех же самых нидерландских мастерах. Своего рода разминка, черновик его opus magnum, краткие тексты о 20 живописцах XV–XVI веков, наполненные меткими сравнениями и афористическими замечаниями. Хотя некоторые факты и мнения, упомянутые ученым, давно устарели (опровергнутые последователями его последователей), читать эти оценки характеров и стилей великих художников, сделанные искусствоведом столь большого ума и острой наблюдательности, — настоящее наслаждение.

За удовольствие сохранения авторской индивидуальности поблагодарим русский перевод, выполненный Еленой Суржаниновой и Кириллом Светляковым. Их труд явно был выстрадан: впервые несколько глав книги они опубликовали еще в 2002 году в журнале «Искусство­знание». Для Светлякова, сотрудника Третьяковской галереи, не только известного куратора, но и популярного лектора, то есть преподавателя, наставника юношества, перевести текст Фридлендера (и перевести его хорошо), очевидно, было делом чести. Составленные им подробные комментарии актуализируют информацию об упомянутых картинах, что, конечно, 104 года спустя обязательно. А в послесловии Светляков объясняет, почему Фридлендера надо читать и сегодня. В чем он устарел, а в чем современен, нам на зависть — благодаря очень острому уму, блестящему языку. А также чему-то неуловимому… Вот тому самому неуловимому, улавливать которое в произведениях искусства умеют сторонники «знаточества».