Раб стал мастером: невероятная история Хуана де Парехи

«Портрет Хуана де Парехи» кисти Диего Веласкеса пользуется особой любовью публики с того самого момента, когда полотно впервые покинуло стены временной мастерской художника в Риме в 1650 году и было представлено в Пантеоне. Потрясающее сходство изображения с натурщиком, который на протяжении двух десятилетий был рабом Веласкеса, позволило испанскому художнику громко заявить о себе в Риме, куда он прибыл лишь недавно, — и получить крупные заказы, в том числе на создание портрета папы Иннокентия Х. Еще более широкую известность поясной портрет Парехи приобрел после того, как нью-йоркский Метрополитен-музей купил его в 1971 году за рекордные для того времени $5,5 млн, вызволив картину из замка Лонгфорд на юге Англии, где на протяжении двух столетий она была недоступна для широкой публики.

Если портрет занял важное место в экспозиции Метрополитен-музея, то изображенный на нем Хуан де Пареха (около 1608 — 1670) до сих пор не оказывался в центре внимания.

Выставка «Хуан де Пареха. Афро-испанский художник» впервые рассказывает историю человека, который начал собственную художественную карьеру после того, как Веласкес даровал ему свободу.

«Выставка позволяет иначе взглянуть на знакомые работы и вводит в канон новые, прежде всего собственные картины Парехи», — рассказывает Дэвид Паллинз, куратор отдела европейской живописи в Метрополитен-музее и один из организаторов показа. Из всего наследия художника лишь одна работа прежде экспонировалась в США. Несколько картин Парехи были отреставрированы специально для выставки, призванной дать представление об их авторе как о самостоятельном художнике.

В экспозицию вошло около 40 предметов: произведения живописи, скульптуры и декоративно-прикладного искусства, а также книги и исторические документы (включая вольную, выданную Парехе Веласкесом). Выставка также включает портреты чернокожих жителей Испании и морисков (мусульман, которых силой заставили принять христианство), созданные такими выдающимися художниками, как Франсиско де Сурбаран и Бартоломе Эстебан Мурильо.

Решить, какие работы Парехи должны войти в экспозицию, было непросто, поскольку со временем атрибуция его картин претерпела изменения.

Параллельно с выставкой выходит монография, посвященная этой проблеме. В ней впервые в истории опубликован иллюстрированный каталог из 14 картин, с уверенностью атрибутируемых Парехе. Также в книге приведены 8 потенциальных атрибуций и список из 31 работы, о которых известно лишь по описаниям. Существует, например, любопытная запись в бумагах одного аукциона, свидетельствующая о существовании портрета Веласкеса кисти Парехи — он мог бы составить пару портрету Парехи кисти Веласкеса.

Тем временем на выставке удалось показать два дополняющих друг друга изображения Хуана де Парехи: шедевр Веласкеса и созданный спустя 11 лет ростовой автопортрет на «Призвании апостола Матфея» (1661), где бывший раб изобразил себя в похожих позе и костюме. Впечатляющая многофигурная композиция шириной 3,35 м, доставленная из Музея Прадо в Мадриде, — самая известная работа Парехи. Вопросы о том, кто и при каких обстоятельствах заказал ее, пока что остаются открытыми.

Биография Хуана де Парехи стала предметом научных исследований лишь недавно.

Вокруг него сложилось множество мифов, в том числе о том, что он якобы женился на дочери Веласкеса или что умер на дуэли, защищая зятя Веласкеса. Однако факты, подтверждающие эти истории, отсутствуют.

Еще одна задача, которую ставили перед собой организаторы выставки, — рассказать о масштабах использования рабского ремесленного труда в Испании начиная со Средневековья и до раннего Нового времени. Он применялся в таких сферах, как живопись, скульптура, гончарное, ювелирное, печатное дело и в других ремеслах. «Визуальную культуру Испании XVI–XVII веков невозможно отделить от труда порабощенных людей», — пишет в своей монографии доктор искусствоведения из Севильского университета Луис Мендес Родригес.

Пока Пареха был рабом Веласкеса, в его обязанности входило растирать пигменты, натягивать и грунтовать холсты, изготавливать лаки и чистить кисти. В вольной грамоте оговаривались дополнительные четыре года труда на хозяина, что было тогда обычной практикой. В этот период Пареха, вероятно, и стал полноценным учеником Веласкеса.

Получив полную свободу в 1654 году, Пареха разработал отличный от Веласкеса стиль, более близкий к художникам мадридской школы, для которых были характерны плотные композиции, и использовал вдохновленную венецианскими мастерами палитру. Он не прекращал писать картины вплоть до своей смерти в Мадриде в 1670 году.

В начале ХХ века личностью Хуана де Парехи заинтересовался коллекционер и ученый Артуро Альфонсо Шомберг. Поставив перед собой задачу восстановить историю людей с африканскими корнями в Европе в период раннего Нового времени, он увлекся творчеством художника и отправился в Испанию. «Я проехал тысячи миль, чтобы увидеть своими глазами работы этого темнокожего раба, который, вопреки многочисленным препятствиям, смог преуспеть благодаря своей отваге и настойчивости», — писал Шомберг в статье, опубликованной в 1927 году.

«Возвращение этого имени в историю искусства было очень своевременным, — говорит Ванесса Вальдес, преподавательница испанского и португальского языка в Городском колледже Нью-Йорка и приглашенная куратор выставки. — Шомберг писал эти слова всего через несколько десятилетий после отмены рабства в США. Для него Пареха был важен не только тем, что он был самостоятельным состоявшимся художником, но и в более широком контексте достижений чернокожих людей».

Метрополитен-музей
«Хуан де Пареха. Афро-испанский художник»
До 16 июля