Новая методика позволяет печатать стекло и сканировать глину

Древнее, в частности античное, стекло обычно доходит до нас в состоянии разрозненных фрагментов, которые археологи кропотливо извлекают из раскопов. Такие фрагменты нередко подвержены сильной коррозии и могут по тонкости и хрупкости достичь состояния бумажного листа. Все это делает работу с археологическим стеклом очень сложной, и многие экспонаты так и хранятся в музейных запасниках в виде кучки осколков.

Методика, разработанная Екатериной Шарковой, заведующей мастерской реставрации керамики и стекла Всероссийского художественного научно-реставрационного центра им. И.Э.Грабаря, позволяет возвращать к экспозиционному виду и вводить в научный оборот самые руинированные предметы. В мастерской довольно давно прибегают к 3D-реконструкции. Например, для экспозиции музея Чудова монастыря в Кремле был воссоздан горшок из грубой керамики раннего железного века: аналогичный горшок (довольно кривой) заказали современному гончару и на его поверхности закрепили найденные при раскопках фрагменты — так, что зритель получает полное представление об исходной форме сосуда. Метод совершенствовался, и для реставрации уникальной сирийской средневековой чаши с утраченной ножкой из Переславль-Залесского музея-заповедника была использована печать на 3D-принтере. Форму реконструировали на основе аналогий (подобная почти целая чаша есть в Метрополитен-музее в Нью-Йорке) и на нее смонтировали несколько подлинных фрагментов. Дело было три года назад, с тех пор технологии объемной печати усовершенствовались, стала доступной печать из прозрачных пластиков.

«При реставрации стекла раньше мы всегда основывались на склейках и восполнении утраченных фрагментов, чтобы вернуть предмету его исходную форму. Тут важно, чтобы швы не были заметны. Для этого используют клеевые композиции, которые похожи на стекло по степени рефракции (преломления лучей света. — TANR), — объясняет Екатерина Шаркова. — Но если утрат так много, что фрагменты друг с другом не компонуются? Раньше мы сначала делали модели недостающих частей из гипса, потом долго их дорабатывали, потом снимали с них форму и отливали из синтетического материала и собирали с подлинными фрагментами, постоянно с ними взаимодействуя. А ведь эти фрагменты и так в плохом состоянии!»

Теперь контакт с хрупкими фрагментами можно свести к очистке и консервации. ЗD-сканирование фрагментов и дальнейшая их обработка в графических редакторах позволяют задать габариты и форму исходного сосуда, которая корректируется по существующим аналогиям. Сосуд печатают из прозрачных фотополимеров, затем на него точечно приклеивают подлинные фрагменты. Таким образом в Центре Грабаря недавно были восстановлены сосуды из стекла (а также из керамики) из коллекции Ялтинского историко-литературного музея, найденные при раскопках ай-тодорского древнеримского некрополя и святилища на перевале Гурзуфское Седло. От двух стаканов II–III веков остались только фрагменты венчика и донца, от чаши — фрагменты по верхнему краю, часть дна и россыпь осколков от стенок, которые собирались в разрозненные островки. Теперь все они очищены и закреплены на прозрачных основах соответствующего тона, так что понятны форма и назначение предметов.

«На протяжении ХХ века наша профессия эволюционировала от реставратора-художника к реставратору-ученому, — говорит Екатерина Шаркова. — Сейчас важнейшим условием реставрации являются обратимость материалов и четкое разделение подлинных частей и доделок. Взаимодействие подлинных частей с доделанной формой минимально (что немаловажно, ведь полимеры тоже могут стареть, темнеть или усаживаться), а фиксация на них хрупких осколков минимизирует для них риск разрушения. И наконец, от взгляда на такую реконструкцию я получаю эстетическое удовольствие».

Кроме стеклянных в коллекции ялтинского музея хранились и керамические античные сосуды. В Центре Грабаря большое рыбное блюдо собрали из фрагментов (с очисткой и удалением следов старой полевой реставрации). От краснофигурной пелики, двуручного сосуда, с изображением амазонки сохранились фрагменты горла и нижней части — благодаря напечатанной на 3D-принтере основе их удалось собрать воедино и в соответствии с аналогиями (которые в изобилии нашлись в Эрмитаже) расположить фрагменты с сюжетной росписью.

После короткой выставки в Центре Грабаря вернувшиеся к жизни сосуды отправились обратно в ялтинский музей.