Кижи: операция на сердце острова

Шедевр деревянного зодчества, знаменитый погост на острове Кижи, переживает непростой период полномасштабной реставрации. Первый ее этап, восстановление Преображенской церкви, построенной в 1714 году на месте храма, сгоревшего в 1694-м, успешно завершился этим летом.

Открытие церкви Преображения Господня, одного из главных объектов Государственного историко-архитектурного и этнографического музея-заповедника «Кижи», должно было состояться еще в августе 2020 года. Но тогда комиссия Министерства культуры потребовала ответить на вопросы, возникшие в ходе проверки. По словам Татьяны Незвицкой, заместителя директора музея-заповедника по реставрации, претензии относились главным образом к обоснованию деталей реставрации и оформлению документов. «Мы довольно быстро ответили на все вопросы комиссии и устранили недочеты», — рассказала Татьяна Викторовна корреспонденту The Art Newspaper Russia.

История разного рода поновлений в Преображенской церкви насчитывает два века. В 1860-е под постройку пытались подвести фундамент; ее обшивали деревом в 1818 и 1870 годах; и даже красили (до середины XX столетия исторический облик храма был скрыт под обшивкой белого цвета). Только в 1950-х выдающийся реставратор Александр Ополовников начал возвращать церкви подлинный образ. Он снял окрашенную обшивку, отреставрировал кровлю и частично интерьеры, воссоздал ограду вокруг погоста и согласовал установку крыльца с южной стороны храма.

В конце 1970-х годов стало понятно, что постройка может в любой момент обрушиться. Сруб весом 600 т и высотой 37 м давал неравномерную осадку из-за деформации бревен и отклонился от вертикали почти на метр. Храм закрыли, разобрали иконостас, во внутреннее пространство ввели металлический каркас, чтобы предотвратить обрушение. Долго шли дискуссии о том, как сохранить церковь. Высказывались опасения, что придется заменить буквально весь исторический материал и памятник утратит свое значение. Боялись и того, что после полной разборки его не смогут собрать — такие прецеденты бывали.

Тем не менее в 2000 году концепция спасения объекта была утверждена, в 2001-м появился эскизный проект, а работы начались в 2009-м. За основу взяли метод поэтапной разборки сруба снизу вверх (в отличие от традиционной разборки бревенчатых зданий сверху вниз), путем «отстегивания» каждого бревна от сруба. Верхние венцы приподнимались с помощью специально разработанной конструкции, из нижних поэтапно вынимали бревна и отвозили в плотницкий центр музея, работавший под руководством Андрея Ковальчука. Там дерево лечили или заменяли на новое и возвращали на место.

Как рассказала Татьяна Незвицкая, удалось максимально сохранить оригинальный материал и добиться устойчивости сруба. «Еще в 1980-е годы специалисты убеждали нас, что придется заменить не меньше половины исторического дерева, — пояснила Незвицкая. — Мы же заменили всего 36%. При этом поменяли лемех, изготовив его по историческим образцам. Так повелось издревле: лемех меняли каждые 30–40 лет. А на самом верхнем венце восстановили часть исторической обшивки XIX века для защиты хрупких венцов».

Много вопросов вызвало воссоздание крыльца. Конструкцию Ополовникова пришлось убрать. Автор проекта, известный петербургский архитектор-реставратор Владимир Рахманов предложил добавить в основание крыльца два венца. Он доказал, что прежде они существовали, но потом разрушились. Для защиты церкви под нее подвели фундамент, в результате она стала выше, и крыльцо Ополовникова повисло бы в воздухе. В итоге его переделали под восстановленную геометрию здания.

Существенную часть проекта составляла реставрация икон и иконостаса. Огромный иконостас Преображенского храма высотой более 7 м и шириной свыше 24 м, расположенный «на семи стенах», включает в себя 104 иконы. Последний раз его реставрировали более века назад, и сейчас требовалось новое вмешательство.

«Иконы были в хорошем состоянии, поскольку все время оставались в церкви, — рассказал нашему изданию Алексей Курочкин, реставратор высшей категории, руководитель реставрационной мастерской «Архитрав». — А вот иконостас перенесли в подклеть, и он сильно разрушился. Нам удалось сохранить практически 90% подлинного материала, в том числе историческое золото. Мы даже восстановили историческую резьбу, которую существенно изменили мастера в 1900 году».

Сейчас обсуждается вопрос, нужно ли возвращать роспись на «небо» (внутренний шатровый потолок храма). После обсуждения этой темы предстоит решение историко-культурной экспертизы. А в дальнейших планах музея-заповедника — реставрация второй церкви погоста, Покровской. Проект уже готовится.