Музей городской скульптуры Петербурга выселяют из Лавры

Экспонаты Государственного музея городской скульптуры, входящие в Государственный каталог Музейного фонда РФ, вынесены со второго этажа Благовещенской усыпальницы и хранятся, как на складе, в помещении ее первого этажа среди надгробий и могильных плит. При этом официального распоряжения о выселении от Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга до сих пор нет, есть только соглашение между лаврой и музеем о передаче второго этажа Благовещенской церкви-усыпальницы. Дальнейшая судьба музейных предметов и всего здания, которое занимает сейчас музей, непонятна и трудно разрешима.

К началу XXI века процесс передачи Русской православной церкви (РПЦ) монастырского комплекса Александро-Невской лавры считался завершенным. В апреле 2000 года митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Владимиром был подписан «акт об окончательной передаче РПЦ всех зданий лавры». Но в последующие годы церковь продолжала подавать заявки и ходатайства о передаче ей и других построек, которые она считала связанными с лаврой, и значительная часть этих ходатайств была удовлетворена.

В конце 2020 года РПЦ снова заговорила о возвращении ей недвижимости, мотивируя это предстоящим празднованием в 2021 году 800-летия со дня рождения Александра Невского. В декабре 2020 года митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий направил в Комитет имущественных отношений заявку на передачу РПЦ помещений второго этажа Благовещенской церкви. Это здание многие десятилетия занимает Музей городской скульптуры, и сейчас там находятся десятки музейных предметов, охраняемых государством. В планах РПЦ — использовать второй этаж для богослужений.

Понятно, что желание использовать церковь для богослужений звучит логично. Но фактически Благовещенская церковь-усыпальница — это кладбище под крышей. Открытые и массовые богослужения здесь никогда не проводились — только службы для членов семей усопших. Потому что Благовещенская церковь изначально, с 1717 года, по решению Петра I, возводилась как усыпальница. Здесь похоронены десятки членов царской семьи, в том числе царица Прасковья Федоровна, супруга Ивана V. По приказу Петра I в усыпальницу были перенесены останки его сестры, царевны Натальи Алексеевны, и сына, царевича Петра Петровича. Здесь же похоронены дочь Екатерины II и две дочери Александра I. А также сподвижники Петра I Ягужинский и Апраксин, фельдмаршал Голицын, герой Отечественной войны 1812 года генерал Милорадович, генерал Волконский, адмиралы Голенищев-Кутузов и Сенявин. В 1800 году здесь был погребен Александр Суворов. Многие надгробия усыпальницы созданы крупнейшими скульпторами конца XVIII — начала XIX века, среди них Мартос, Гордеев, Щедрин, Демут-Малиновский, Монферран, и являются предметами охраны государством. Именно поэтому у входа в здание висит табличка с надписью: «Национальный пантеон России Благовещенская усыпальница».

Музей городской скульптуры — преемник Музея-некрополя, основанного в 1932 году ради сохранения собрания мемориальной скульптуры XVIII — начала ХХ века. Президиум Ленсовета тогда объявил Лазаревское кладбище (теперь — Некрополь XVIII века с усыпальницей) на территории Александро-Невской лавры заповедником-музеем, присоединив к нему соседнее Тихвинское кладбище (теперь — Некрополь мастеров искусств, куда перевезены десятки памятников с уничтоженных городских погостов), а также здание Благовещенской усыпальницы, — все это для создания в них музея надгробной скульптуры. В июле 1939 года Музей-некрополь реорганизовали в Ленинградский музей городской скульптуры, которому до сих пор принадлежат на правах оперативного управления территории этих кладбищ с кладбищенскими постройками и Благовещенская церковь-усыпальница.

Кроме того, в Петербурге музей занимает еще несколько исторических зданий. Его филиалами являются Нарвские ворота, мастерская Михаила Аникушина; в 2012 году ему передали Уткину дачу (имение Полторацких — Шаховской, сейчас на реставрации), а также Литераторские мостки (часть Волковского кладбища). В соседнем с дирекцией музея здании в 2002 году открылся Новый выставочный зал, где проходят выставки скульптуры, в том числе современной.

На втором этаже Благовещенской церкви-усыпальницы долгое время располагалась постоянная экспозиция «Знаки памяти» — коллекция памятных знаков и фрагментов оформления надгробий с разрушенных и уничтоженных захоронений на городских кладбищах, которую собрали и сохранили научные сотрудники музея. За нее музей был удостоен премии Комитета по культуре Санкт-Петербурга.

Сейчас вся эта экспозиция, по настоятельной просьбе епархии, перевезена на первый этаж и лежит там мертвым грузом. Есть и другие проблемы. Выселить музей с первого этажа вряд ли получится: огромные каменные и бронзовые надгробные памятники никто и никогда отсюда не перевезет, ведь они — неотъемлемая часть погребений, большая часть из них входит в музейный каталог, требует неусыпного музейного надзора и ограниченного доступа посторонних. Но, чтобы попасть на свободный теперь второй этаж, где церковь предполагает проводить богослужения, нужно пройти через «могильные плиты», так как входная дверь в здание всего одна. Кроме того, перекрытия между первым и вторым этажом — деревянные, их давно не меняли и не ремонтировали. Равномерно распределенная по всей площади второго этажа музейная экспозиция позволяла держать равновесие. Получится ли это у организаторов молельного пространства — большой вопрос.

«На мой взгляд, не нужно было трогать Благовещенскую усыпальницу вообще, — считает Максим Резник, депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга, член постоянной комиссии по образованию, культуре и науке. — Музей прекрасно выполнял здесь все свои функции и обязанности по сохранению исторического и культурного наследия, не вступая в противоречия с церковью».

Сейчас сотрудники музея разрабатывают план перемещения разоренной экспозиции второго этажа в какие-то другие помещения. Хотя уже очевидно, что восстановить «Знаки памяти» в полном объеме вряд ли удастся.

«Перспектив развития этой ситуации пока никто не знает, — говорит Владимир Тимофеев, директор музея. — Комитет по культуре выделил нам средства для того, чтобы мы в ближайшем будущем перенесли экспозицию „Знаки памяти“ в помещение нашего, музейного, Нового выставочного зала. Но все это вызывает сильное напряжение: а не потребует ли церковь и полного выселения музея? Что будет с остальными нашими экспонатами?»

По словам Владимира Тимофеева, музей не отказался бы от нового здания — современного, оборудованного по последнему слову музейной техники, с просторным фондохранилищем. Ведь Музею городской скульптуры приходится хранить огромные предметы, чей вес иногда достигает десятков тонн. На сегодняшний день под фондохранилище музею нужно, по мнению директора, не меньше 7 тыс. кв. м, которых ни у него, ни у города нет.

«Мы понимаем всю сложность ситуации и пытаемся найти приемлемый выход, — сказал в разговоре с корреспондентом нашей газеты Константин Сухенко, председатель Комитета по культуре Санкт-Петербурга. — Сейчас мы вместе с Комитетом имущественных отношений ищем подходящее помещение хотя бы под переезд экспозиции, выселенной из Благовещенской усыпальницы. Но кардинально решить вопрос со строительством современного музейного комплекса для Музея городской скульптуры мы пока не можем: это требует огромных затрат».