Группа «МишМаш»: «Все происходящее — тренировка жизни на Марсе»

Над чем вы сейчас работаете?

Маша Сумнина: Работаю над своим сознанием — пытаюсь не впадать в панику. Думаю о происходящем как о течении времени: наступит момент, когда эти события окажутся в прошлом, и ведь прямо сейчас, в эту миллисекунду ничего страшного нет, и в следующий момент тоже. Меня интересует тема длительности и сжатия времени, его отсчитывания, проглатывания, сминания и растягивания.

Можно считать карантин резиденцией у себя дома. Для художников и самозанятых все не так уж и изменилось. У нас есть серия практик «Город друга» — создание одного произведения-переживания несколькими участниками, находящимися в разных городах. Сейчас самое время ее активировать. Интересный эффект всемирного карантина: мы все находимся в одинаковом положении и стали ближе, несмотря на закрытие границ. Еще, надеюсь, это время окажется продуктивным для проекта «Самооп_хх» («Самоопрос художник — художник») — цепочки интервью, которые художники последовательно берут друг у друга. Сейчас люди становятся гораздо более взаимовнимательными.

Как изменится наш мир?

М.С.: Я не думаю, что виртуальный мир совсем отодвинет материальный. Человеку для психического здоровья нужны прикосновения, так что сама возможность увидеть и прикоснуться к чему-то материальному здесь и сейчас станет только ценнее.

Как вы видите будущее искусства?

М.С.: Последний год казалось, что выставки в их обычном виде устарели и ходим мы на них по инерции и из вежливости, а по-настоящему выставка состоялась, лишь оказавшись на фото в Instagram или Facebook — в общем, в интернете, попав в электронный архив. А теперь можно первую стадию опустить и сразу переходить к архиву. Возможно, вынужденная депривация вернет интерес и любовь к материальному. Потом. После.

Что появится нового после пандемии?

Миша Лейкин: Сложно сейчас сказать, все зависит от того, сколько времени продлятся пандемия и карантин. Мир может быстро вылечиться и броситься в безудержное веселье с утроенным рвением, как нередко случалось в прошлом, например, в Венеции, где врачебные маски (с длинным клювом, куда лекари клали чеснок, прежде чем войти в чумной барак) стали атрибутом Венецианского карнавала.

Пока что я вижу, что закрылся весь лайфстайл, шопинг, включая Apple Stores (которые тоже оказались лайфстайлом). И даже стало легче дышать. Вся лайфстайл-пена видится сейчас чем-то ненужным, очень временным и очевидно пытающимся тебе что-то продать.

Если все затянется надолго — на год, полтора, два, вполне возможны и перемены в мировоззрении, переоценка ценностей — в чем-то позитивная, например дезурбанизация вместо патологического уплотнения мегаполисов. Наверное, движение видеоблогеров, компьютерные игры еще больше разовьются. Мы будем наблюдать дальнейший уход в виртуальный мир. В этой новой, «капсулированной» реальности старое материальное искусство окажется ненужным. Если все сидят по капсулам, зачем устраивать выставки? Сами выставки превратятся в винтаж. Будем считать все происходящее тренировкой жизни на Марсе без возможности просто так выйти на улицу.