В России предотвращен коллапс международного музейного обмена

Правительство РФ освободило от уплаты ввозных таможенных пошлин и налогов музеи, библиотеки и другие некоммерческие организации. В документе уточняется, что, «согласно ранее принятым нормам», обеспечение по уплате ввозных пошлин на предметы искусства составляло 18% от их общей страховой оценки. 

Значило ли это, что предоставление обеспечения уже практиковалось музеями и другими организациями, а теперь эти организации получили льготу? Как выяснилось, нет. Федеральный закон о таможенном регулировании, обременяющий музеи, был принят 3 августа 2018 года, однако часть, касающаяся ввоза и вывоза произведений искусства, в действие вступить не успела. 

Инициатором дискуссии, повлекшей отмену норматива, стал Государственный Эрмитаж во главе с Михаилом Пиотровским, который в ноябре прошлого года заявлял, что организация международных выставок, если положение вещей не изменится, станет невозможной. «Если бы отмены этой нормы не случилось, то Эрмитажу, например, по выставке, которая только что уехала от нас, пришлось бы заплатить 1,5 млрд руб. депозита, — рассказала нам руководитель юридической службы Государственного Эрмитажа Марина Цыгулева. — Слава богу, что успели сделать это к концу декабря 2018 года, потому что иначе в новом году наступил бы полный коллапс с зарубежными выставками, у музеев таких денег нет. Это, безусловно, была добрая воля и Минфина, и Федеральной таможенной службы, и особенно правового отдела Минкультуры. Все действовали слаженно и активно».

С такой оценкой нововведения солидарна директор Государственной Третьяковской галереи Зельфира Трегулова. «Когда прошла информация, что вводится подобная регламентация, все поняли, что это будет конец международного музейного обмена, — рассказала она нашей газете. — В первую очередь, конечно, пострадали бы Государственный Эрмитаж и Пушкинский музей, которые регулярно ввозят выставки из-за рубежа, но и нас эта ситуация касается. В апреле у нас должна открыться выставка Эдварда Мунка с огромной страховой оценкой. По новым регламентам нам пришлось бы внести как депозит 18% от этой оценки. Эта сумма многократно превышает годовой бюджет Третьяковской галереи и, конечно, никоим образом на нашем счету появиться не может. То же касается вывоза экспонатов. Конечно, страховая стоимость произведений русского искусства в среднем чуть меньше, чем у искусства западноевропейского, но все равно 18% от этих сумм — это невероятные, неподъемные деньги. Так что мы все обратились в Министерство культуры с просьбой пересмотреть этот порядок».

Михаил Пиотровский в беседе с нашей газетой выразил удовлетворение ходом событий, но отметил, что до совершенства ситуации далеко. 

«Сейчас мне надо поблагодарить всех за слаженную работу, остальные музеи тоже благодарят нас за то, что мы подняли эти вопросы. Есть еще немало юридических проблем такого рода — например, нет достаточных гарантий для выставок из частных коллекций. Так что у нас еще много работы».