Арт-дилеры победили аукционы

Кроме статуса главной в мире ярмарки старого искусства, TEFAF (The European Fine Art Fair) знаменита тем, что ежегодно заказывает подробное исследование состояния художественного рынка. Толстый том с цифрами и графиками, характеризующими состояние рынка за прошлый год, — один из основных источников информации для аналитиков всего мира. В нынешнем году антиквары, организующие ярмарку и заказывающие исследование, сменили автора — им стала Рейчел Паунелл, профессор кафедры финансов Школы бизнеса и экономики Маастрихтского университета. Экономист, доктор Клэр Макэндрю, занимавшаяся этим прежде, перешла в команду ярмарки искусства ХХ века Art Basel и представит свой отчет на Art Basel Hong Kong уже на будущей неделе (23–25 марта).

Главная цифра, которой все ждут от отчета, — общий оборот искусства в мире. В 2016 году он составил $45 млрд, на 1,7% больше, чем, по подсчетам Рейчел Паунелл, в 2015 году. Надо заметить, что смена автора, а с ним и источников и методик вносит некоторую сумятицу: Клэр Макэндрю насчитала в 2015 году заметно больше продаж (на $63,8 млрд). Профессор Паунелл объяснила The Art Newspaper такую разницу тем, что она подошла к определению арт-дилеров и галерей «более строго». «Все обращают внимание на то, что объем отрасли стал меньше, но для нас важно дать более показательную картину мирового рынка искусства и антиквариата», — сказала она.

В исследовании TEFAF представлена картина «стабильного и устойчивого рынка с тенденцией к положительному росту». Главное, что, по мнению профессора Паунелл, изменилось с прошлого года (кроме небольшой прибавки в глобальном обороте), — это перемещение значительной части продаж из публичной сферы (залов аукционных домов) в частную (к арт-дилерам и отделам частных продаж аукционных домов). Почти две трети всего проданного в мире искусства в прошлом году сменило владельцев тихо, без объявления имен, цен, да и самих фактов продаж. Даже та небольшая часть сделок, что все-таки вышла наружу, впечатляет. Например, при посредничестве аукциона Phillips за рекордные для всего латиноамериканского искусства $15,7 млн было продано полотно Диего Риверы. А «Портрет Адели Блох-Бауэр II» Густава Климта при посредничестве галереи Ларри Гагосяна телеведущая Опра Уинфри продала за $150 млн.

Рост оборотов своих отделов частных продаж отмечают все аукционные дома. Каких-нибудь десять лет назад само словосочетание «отдел частных продаж аукционного дома» выглядело нонсенсом, ведь аукционы созданы именно для того, чтобы продавать произведения искусства публично, любому, кто сможет заплатить, по зафиксированным ударом молотка ценам. Когда в начале 2000-х годов арт-рынок пошел на взлет, аукционные дома начали предпринимать отчаянные попытки переманить к себе покупателей, предпочитающих приобретать искусство в галереях. Например, Christie’s основал собственную галерею послевоенного и современного искусства Haunch of Venison. А Sotheby’s не только купил статусную галерею старых мастеров Noortman, но и пытался под ее вывеской участвовать в ярмарке TEFAF. Был скандал, ведь аукционные дома и галереи (а значит, ярмарки) — это прямые конкуренты. С тех пор прошло время, и теперь никого не коробит, когда одни и те же эксперты то работают в аукционном доме, то превращаются в частных арт-дилеров, а сами аукционы постоянно предлагают что-то с пометкой «частная продажа» по засекреченной цене. И также никого не удивляет, когда купленная на аукционе картина спустя полгода появляется на галерейном стенде уважаемой ярмарки, оцененная в куда большую сумму. Например, проданные полгода назад на небольшом аукционе Dreweatts & Bloomsbury панели художника середины ХХ века Мартина Баттерсби для дома актрисы и светской красавицы леди Дианы Купер сейчас выставлены на TEFAF в десять раз дороже.

В 2016 году доля аукционных торгов в общем обороте искусства драматичнее всего сократилась в США — аж на 41%, в Британии она уменьшилась на 24%, в Европе и Азии осталась стабильной. Интересно, что в отдельных странах соотношение между дилерскими и аукционными продажами очень специфическое: например, в Германии дилеры всегда занимали приблизительно 90% рынка, а в Азии, наоборот, не более 10%. Всего же в мире зафиксировано около 200 млн частных компаний, ведущих торговлю искусством. Живут они по-разному: согласно отчету, только 7% европейских дилеров сообщили, что в прошлом году остались в убытке; американские продавцы искусства пострадали больше — о потерях рассказали 20% опрошенных дилеров. Причем, чем меньше галерея, тем сильнее она пострадала; галеристы, на которых трудится более пяти наемных работников, чувствуют себя увереннее. Уверенно ощущают себя и крупные аукционы: десятка самых больших домов обеспечивает 60% всех аукционных продаж в мире, а сотня — 93%. Всего в базе компании artnet, которая стала партнером исследования TEFAF, 28 тыс. аукционных домов.

Объем продаж в разных секторах арт-рынка колеблется примерно пропорционально общему объему (анализ проводится на основе аукционной статистики). Несколько сократился по сравнению, например, с 2014 годом раздел послевоенного и современного искусства; в 2016 году неожиданно узкой оказалась прослойка модернизма, но такой результат может быть следствием всего лишь пары удачных или неудачных продаж. Не нашлось на продажу ни одной суперкартины Пабло Пикассо, которая могла бы уйти более чем за $100 млн, — и статистика сразу отмечает падение капитализации и для этого конкретного автора, и для всего раздела.

Еще один растущий, помимо сектора частных продаж, раздел — онлайн-торговля. Все больше аукционных домов и частных арт-дилеров заключают сделки с покупателями через Интернет. Это вроде бы противоречит желанию коллекционеров покупать у дилеров, ведь традиционная покупка в галерее — неспешное и личное общение и с произведением искусства, и с экспертом-продавцом, так сказать индивидуальный подход. Кроме того, как отмечает профессор Паунелл, «некоторые продажи остаются незарегистрированными в налоговых документах или проводятся через офшорные компании и потом зависают в каком-нибудь из мировых фрипортов».

А онлайн-покупка — обезличенная и бесконтактная. Похоже, что дистанционно покупает молодежь (которой комфортнее переписываться, чем разговаривать), современное искусство (где шанс нарваться на подделку минимален, да и внешний вид работы, уж извините, легко предсказуем) и недорого. Этой теме будет посвящено отдельное исследование, которое представят на нью-йоркском выпуске ярмарки TEFAF в мае.