«Более европейцы, чем азиаты»

Выставка русского портрета из Государственной Третьяковской галереи «Эпоха Толстого и Чайковского» пользуется в Лондоне огромным вниманием. В двух небольших залах (обидно, что дали так мало места) неизменно толпятся зрители, а ведь билет на выставку, в отличие от постоянной экспозиции Национальной портретной галереи, платный. Все крупные газеты написали о ней статьи, больше всего удивляясь возможности увидеть, как выглядели знакомые лондонским любителям музыки и литературы Лев Толстой и Антон Чехов, Петр Чайковский и Модест Мусоргский. Также делая вывод, что русские на вид заметно «более европейцы, чем азиаты». Модники устремились в музейный магазин, чтобы приобрести в нем шампунь и кондиционер для бород (80% персонажей на портретах из России, отобранных для экспозиции английским куратором, — мужчины, и 90% из них — с бородой). А в меню музейного кафе наравне с «английским чаем» обнаружился и «православный чай».

Аншлаг был и на научной конференции, посвященной русской живописи второй половины XIX века. Она прошла в Национальной портретной галерее при поддержке московского фонда IN ARTIBUS. Основатель фонда и издатель международной сети The Art Newspaper Инна Баженова открывала конференцию, подчеркнув в своей речи важность присутствия русского искусства в стенах галереи. Русская живопись XIX века действительно мало известна англичанам, в отличие от, например, икон или авангарда. Поэтому первые два выступления на конференции имели ознакомительную цель. Розалинд Блэйксли, доктор Кембриджского университета, сооснователь Центра русского искусства Кембридж — Курто, куратор выставки, рассказала об истории становления русского портрета, делая акцент на социальных препонах, которые должны были преодолевать живописцы и живопись. Особое внимание она уделила биографии великих портретистов, вышедших из крепостных крестьян, и изображениям простолюдинов, написанным по правилам парадного портрета. Доклад Молли Брансон, профессора славянских языков и литературы Йельского университета, был почти полностью посвящен реализму Ильи Репина и его квинтэссенции — полотну «Крестный ход в Курской губернии», представляющему полную галерею типов его современников.

Интересным оказалось исследование Розамунд Бартлетт, писателя и переводчика с русского. Она рассказала о портретах Толстого и Чехова — фотографических и художественных, все обстоятельства создания которых проследила по переписке и заметкам современников. Любопытно, что Чехов портретироваться не любил, и портрета, написанного Осипом Бразом (он есть на выставке), не одобрил.

Доклад профессора русской литературы и музыки из Оксфорда Филиппа Баллока вызывал смех и аплодисменты: он был посвящен экономическим подробностям работы Чайковского («баллады по 15 рублей, оратория — 50 рублей») и личности Надежды фон Мекк, его покровительницы, которая смогла освободить композитора от необходимости писать музыку на продажу.

Вторую часть конференции открывала Татьяна Карпова, заместитель директора Государственной Третьяковской галереи по научной работе, куратор ответной выставки портретов «От Елизаветы до Виктории», которая сейчас проходит в Москве. Она говорила о концепции «красоты и правды» в портретах Репина, кисти которого принадлежит значительная часть картин на лондонской выставке. Еще два доклада британских исследователей затрагивали русский портрет, скорее, по касательной: один из них был посвящен раннему русскому кино и использованию в нем приемов живописи, другой — поэзии и образу Анны Ахматовой.

Завершилась конференция концертом российского пианиста Антона Ляховского, исполнившего отлично подошедший к теме цикл «Картинки с выставки» Мусоргского.