Все грани Мухиной

Скульптор Вера Мухина придумала Рабочего и колхозницу  и граненый стакан. Для одного художника более чем достаточно, чтобы стать мифом навсегда, «личным делом» для последователей и оппонентов, объектом для тайного обожания и подражания, открытых насмешек и пародий. Тем более для постоянной экспозиции в Музейно-выставочном объединении «Манеж», взявшем шедевр Мухиной под свое крыло.

Идея мухинского opus magnum — скульптуры для советского павильона на Всемирной выставке 1937 года в Париже — принадлежала Борису Иофану, победившему в конкурсе на проект самого павильона. Участок длиной более 150 м вдоль Сены продиктовал архитектору образное решение — постепенно нарастающую до 37 м высоту здания, увенчанного 25-метровой скульптурой.

Иофан предложил Мухиной использовать в качестве прототипа античную композицию Тираноборцы, изображающую афинских героев Гармодия и Аристогитона. Мухина перевела античные образы на язык страны победившего социализма: гендерное равенство не только достигнуто — оно установлено на высоком уровне атлетически сложенными, но без признаков бодибилдерской накачки персонажами — ударницей серпа и передовиком молота.

Получилось произведение на все времена. Позже Мухина создаст памятники Петру Чайковскому и Максиму Горькому, получит несколько Сталинских премий за разные работы, но все они останутся бледной тенью пролетарской пары. В 1947 году «Мосфильм» подкрасит фон Рабочего и колхозницы багровым восходом и сделает этот ролик эмблемой крупнейшей киностудии СССР, фактически государственным символом для кинозрителей многих стран, включая ту, которая занимала шестую часть суши.

В 1967-м, к 50-летию Октябрьской революции, Государственный банк СССР выпустил серию юбилейных монет. Единственное художественное произведение, отчеканенное на них, — Рабочий и колхозница на 15-копеечной монете.

Через полвека после смерти скульптора московская жизнь подбросила такой сюжет, который властная, независимая Мухина наверняка назвала бы по-русски, крепко и образно. Ведь когда Рабочего и колхозницу установили рядом с ВДНХ, она обозвала «пеньком» постамент высотой с четырех­этажный дом. Еще в 1937 году, когда мухинское произведение покорило Париж, советским вождям стало ясно, что скульптуру надо сохранить и выставить в Москве. Павильон, видимо, показался им архитектурным излишеством. В итоге единое пространственное решение Иофана — Мухиной было разрушено, Рабочего и колхозницу водрузили на 11-метровый «пенек».

В начале XXI века, когда со скульптуры стали осыпаться стальные листы, а внутренний каркас съела коррозия, было решено ее отреставрировать и водрузить их на должную 34-метровую высоту.

Информированные люди утверждают: архитекторы, которым поручили проект, сразу же предложили воссоздать павильон Иофа­на в полном объеме. Но вскоре начался мировой экономический кризис, павильон урезали по длине почти в три раза. Это дало повод злым языкам острить в стиле Мухиной: «Вместо пенька высотой 11 метров появился пенек о 34 метрах». Но все признают огромную заслугу реставраторов, собравших скульптуру по косточкам. Кроме того, новый «пенек», в отличие от прежнего, функционален, в нем разместился МВЦ «Рабочий и колхозница». Элементы оригинального внутреннего каркаса памятника весом 500 кг тоже станут хитом выставки Личное дело.

Что касается граненого стакана, то его история загадочна. В конце 1940‑х Мухина сотрудничала с Ленинградским заводом художественного стекла, дружила с его директором химиком Николаем Качаловым. Документальных подтверждений ее авторства нет, но заказ на практичную посуду и Мухина совпали во времени. Позже возникло заблуждение, что скульптор придумала распространенный доныне стакан с пошлым ободком. На самом деле оригинал был без ободка, с изящной мелкой огранкой. Сейчас таких не выпускают.

Александра Паперно
Художница, участница проекта. Живет и работает в Москве

Скульптура Рабочий и колхозница — это советская Ника. В этой скульптуре ярко выражена модернистская школа Мухиной, идущая от Бурделя, Родена. Конечно, вспоминаются и футуристы: человек-машина, человек-самолет, готовый к созданию нового мира и к любым вызовам. Мухина создает прототип идеального советского человека. Мы с друзьями этой осенью делали выставку в Кинопанораме на ВДНХ под названием Кинотеатр повторного фильма, посвященную советской культуре. Для нее Наталья Вицина создала работу как раз на эту тему. Если искусство формирует время, в которое оно создано, то наравне с выставленной на той же выставке 1937 года в Париже Герникой и соседствующим с павильоном Иофана павильоном Шпеера скульптура Мухиной отображает величие и трагичность своей эпохи. Она возвышает и вселяет ужас. Безусловно, я считаю эту скульптуру выдающимся произведением ХХ века.

Валерий Кошляков
Художник, участник проекта. Живет и работает в Париже и Москве

Я считаю, что у нашего поколения нет никаких прав обсуждать дела и творения титанов, даже если это художник одной работы. Конечно, можно допустить эту характеристику не только к Мухиной, но и ко многим художникам, и не только в России.

Но что возмущает, так это традиционная наша русская ситуация — место экспонирования памятника, которое благодарные потомки не в силах найти до сих пор. Помню, в 1990-е годы я делал разные утопические коллажи, связанные с советской архитектурой, где скульптура Рабочий и колхозница прекрасно вписывалась в самую красивую и помпезную ростовскую набережную, украшая метромост. Она бы сочеталась с любыми высотками Москвы или, например, могла бы возвышаться в центре вместо церетелиевского Петра у живописной Москва-реки.

Эльдар Ганеев
Член арт-группировки ЗИП, участник проекта. Художники, входящие в ЗИП, живут и работают в Краснодаре

Скульптура Рабочий и колхозница, когда мы ее впервые увидели после реконструкции, прочно осталась в памяти. Комплекс, если его целиком охватываешь взглядом, напоминает гигантский космический корабль со скульптурой наверху, как олень на капоте «Волги». Кажется, что все это сооружение вот-вот полетит открывать космические просторы, с историей и современным искусством внутри. Для нас скульптура Рабочий и колхозница является также символом объединения и совместного труда, дает возможность переоценки прошлого с гуманистической и лучшей стороны.