Лицом к лицу с легендарными головами Баскиа

Когда 22-летнего Жан-Мишеля Баскиа (1960–1988) спросили, с чего он обычно начинает картину, он дал предельно простой ответ: «Думаю, я начинаю с головы». Этот рефлекс лежит в основе выдающейся серии ранних произведений на бумаге, которые при его жизни оставались по большей части неизвестными публике. «Баскиа. Упрямая голова», открывшаяся в датском Музее современного искусства «Луизиана», стала первой исчерпывающей выставкой, посвященной изображению человеческой головы в творчестве художника. Большую часть ее экспонатов составили работы, относящиеся к периоду с 1981 по 1983 год.

Многие из этих рисунков, по-видимому, были созданы прямо на полу мастерской: на них видны пятна, грязь и даже едва различимые следы кроссовок. Масляная пастель, к тому моменту уже ставшая для художника привычной, зачастую была единственным материалом. Баскиа годами скрывал от посторонних глаз значительную часть этих листов у себя в мастерской. И даже когда он начал включать фотокопии цветных рисунков в картины и ассамбляжи, головы практически не участвовали в этом процессе. Они стояли особняком, художник никогда не использовал их таким же образом, как другие элементы.

Широкая публика увидела эти рисунки только в 1990 году, когда в галерее Роберта Миллера в Нью-Йорке состоялась посмертная выставка графики Баскиа; там в числе 142 листов было 27 голов. Куратор Джон Чайм вспоминал, насколько его поразили эти незнакомые мощные образы, когда он отбирал работы из Фонда наследия Баскиа. Ему показалось, что он понял, почему автор не расставался с ними, «считал их особенными». Но даже тогда, через два года после смерти художника, многие музейные кураторы говорили Чайму: «Но на самом деле вы ведь не считаете его великим художником, правда?»

За исключением «Сюиты Дарос» 1983 года Жан-Мишель Баскиа редко давал названия своим рисункам, не оставив нам никаких прямых указаний на смысл, который он в них вкладывал. Но эти образы говорят сами за себя. В сопроводительном эссе куратор из «Луизианы» Андерс Колд пишет, что головы Баскиа варьируются «от близких к полноте живой плоти до напоминающих черепа, маски или какие-то механические, похожие на автоматы фигуры», которые «характеризуются пульсирующим диссонансом между анатомическими элементами». Несмотря на то что большинство голов изображены анфас, внутренняя структура зачастую нарушается смещением ракурса, что создает ощущение, будто эти лица раскалываются, сворачиваются или разваливаются от эмоционального напряжения. Линии петляют, закручиваются в спираль и сплетаются вокруг этих фигур, образуя плотные сети, говорящие как о мучительных мыслительных процессах, так и о физическом напряжении.

Не стоит забывать о давнем увлечении Баскиа анатомией. Когда ему было семь лет, его сбила машина, и мать принесла ему в больницу медицинский справочник «Анатомия Грея» (впервые опубликован в 1858 году). Мальчик внимательно изучал книгу, и его рисунки голов пронизаны отголосками тех иллюстраций. Художник черпал вдохновение и в науке XIX века в целом. Так, работа 1983 года «Без названия» («Чарльз Дарвин») объединяет фигуры Дарвина, Томаса Гексли и Грегора Менделя — ученых, чьи идеи об эволюции и наследственности перекликались с его собственным неустанным поиском ответа на вопрос, из чего состоит человек, внутри и снаружи.

В качестве примера более известного аспекта практики художника (и в соответствии с устоявшимся форматом выставочной серии «„Луизиана“ на бумаге») в экспозицию включили одну картину. Полотно «Без названия» (1982), сочетающее фигуративное изображение (то ли череп, то ли голова призрака) и напоминающие граффити теги на нежно-голубом фоне, было продано в мае 2017 года на нью-йоркских торгах Sotheby’s за $110,5 млн, став на тот момент самой дорогой работой американского художника, ушедшей с аукциона.

В каталог выставки войдут новые интервью с другом Баскиа Джорджем Кондо и с современными художниками Альваро Баррингтоном, Артуром Джафой, Джули Мерету и Даной Шюц.

Музей современного искусства «Луизиана»
«Баскиа. Упрямая голова»
До 17 мая