Пир-гора и джойстик-пень: «Царицыно» радует современным искусством

«Направо пойдешь — на смерть набредешь», а коли «налево пойдешь — на свадьбу попадешь»: перед таким выбором оказывается всякий, кто пожаловал на выставку «Я иду искать!», которая проходит в Хлебном доме в Государственном музее-заповеднике «Царицыно». Эта дилемма, впрочем, не так уж затруднительна, ведь, куда ни сверни, всюду найдешь занимательное современное искусство в сочетании с разными диковинками из царицынской коллекции.

Выставка посвящена обрядам, которые испокон веков сопровождают переходные этапы человеческой жизни: рождение, взросление, уход из отчего дома, проводы в армию, свадьбу, смерть. Но говорится о них не «по учебнику», а иносказательно, через художественные инсталляции и объекты. Получившаяся экспозиция — плод сотрудничества куратора Кати Бочавар, фольклориста и антрополога Никиты Петрова и нескольких известных российских художников, добрая часть которых заняты работой в театре как сценографы и бутафоры (или имеют такой бэкграунд), а потому их творениям присуща особая драматургия. Кроме того, Катя Бочавар, чуткая к разным типам пространства и антуража, любит сотрудничать с авторами, которые не боятся театрального размаха и тяготеют к созданию тотальных инсталляций-мизансцен.

Прежде чем оказаться на распутье, зритель увидит большущий стол с незримыми угощениями и более чем сотней трапезничающих деревянных фигурок. Это «Пир-гора» творческого союза «Планетянин» (Евгений Гриневич и Наталья Куликова). Этот мотив не просто так открывает — и закрывает — выставку: без застолья немыслимы ни рождение ребенка, ни женитьба, ни похороны. В отдельной витрине находятся «гости» пира из музейного собрания: барыня, щеголь, певица, гармонист и другие герои, выполненные дореволюционными и советскими резчиками по дереву.

Залы левого крыла посвящены событиям, над которыми человек не властен: это природные ритмы, подчиняющие себе все живое, и смерть. Пейзаж в золоченой раме, который создал Алексей Трегубов, может показаться статичным, но, если остановиться и понаблюдать, заметишь смену времен года (холст движется благодаря спрятанным внутри бобинам). В другой пейзажной серии того же художника зрителю позволено самому регулировать переход от дня к ночи, соотношение света и тьмы. А текст на стене рассказывает о народных поверьях, связанных со сменой времени суток, о том, почему крестьяне на Руси боялись работать в поле, когда солнце в зените, выносить мусор после заката и мыться в бане с наступлением полуночи (такой мини-ликбез есть в каждом разделе). Мария Трегубова создала для зала «Сон-явь-смерть» инсталляцию «Спящая царевна, или Абонент недоступен», и это целый застывший спектакль. Главной героини — театрального художника — нет на месте. Вот недоделанный макет, вот недопитый чай, вот разрывающийся от звонков телефон — но где же она сама? Быть может, отошла на минутку, а может, исчезла из этого мира, превратившись в царевну, путешествие которой через дремучий лес и по водам бушующего моря-океана можно проследить по уже готовым макетам декораций.

В правом крыле выставки представлены события, которые совершаются по воле человека, традиций или обстоятельств. Первая комната в анфиладе — «Рождение», и тут нужно двигаться не в обход, а прямо в лоно тканевого лабиринта Ирины Кориной и Ольги Божко, раздвигая перед собой тяжелые красные шторы. В следующем зале предлагается поиграть в бродилку от Александра Шишкина-Хокусая: джойстик встроен в могучий пень, а главным персонажем игры выступает бабушка, которая спасает внучка из подземного царства. К слову, выставка, несмотря на название, намекающее на действие и поиск, не состоит из одних только интерактивных работ, но видеоигра Шишкина-Хокусая — одна из них. Проходя уровни (что не так-то просто) и теряя жизнь за жизнью, думаешь, что пора бы уже и повзрослеть — тем более что именно теме взросления посвящен этот зал. Вторая работа здесь — объект Аллы Урбан «Дом-выползок», для создания которого использовалась самая настоящая сброшенная змеями кожа как символ перерождения подростка в новую, самостоятельную жизнь.

На следующем этапе требуется определиться с профессией. Борис Казаков, выбравший профессию художника и режиссера, создал анимационный триптих на основе предметов из царицынского музейного собрания: тут спортсмен подтягивается на струнах балалайки, матрешка грезит о космических полетах, а пожарный тушит пламя, поднимающееся из самовара. Ульяна Подкорытова раскрыла тему «Проводов» (в армию ли, в дорогу или замуж) через инсталляцию в виде избы, за окнами которой совершаются ритуальные шествия. Завершает эту часть экспозиции гезамткунстверк «Радость-свадьба с подменой невесты и другими происшествиями», для которой Андрей Бартенев сделал невесту, жениха, сваху и других персонажей в причудливых костюмах, Евгения Некрасова сочинила тексты распевов, композитор Владимир Раннев — вокальную партитуру, а ансамбль N’Caged все это исполнил.

Всю выставку оплетают присказки и поговорки — как народные, так и выдуманные («Съехал от родителей — стал пельменей любителем», «Жених и невеста из безглютенового теста» и так далее). Подобно нити волшебного клубка, они показывают дорогу к экспозиции уже с первого этажа здания. Идя по этому маршруту, и взрослые и дети могут совершить своеобразную инициацию — переход из мира фольклора и сказок в мир современного искусства.

Государственный музей-заповедник «Царицыно»
«Я иду искать! Современное искусство в традиционном музее»
До 8 марта