О доблестях, о подвигах, о славе: перевод с дворянского

В начале книги «История России языком дворянских гербов» автор кратко характеризует историю европейской геральдики для всех, кто далек от этого искусства. Затем переходит на геральдику российскую — явление достаточно специфическое и несколько искусственное. История российского государственного герба восходит к концу XV века (тот же Евгений Пчелов в 2024 году опубликовал весьма любопытное издание «Итальянский Ренессанс у истоков государственной символики Московского царства»), территориальной геральдики — к концу XVI века, а вот дворянской — ко второй половине следующего столетия.

Да-да, еще до царя Петра. Так, мы узнаем, что в 1659 году существовал герб, например, патриарха Никона. Он был составлен по образцу гербов православных иерархов Речи Посполитой (а куда еще идти за образцом?). Первые гербы русских дворянских родов появляются при Алексее Михайловиче и фиксируются в документах Палаты родословных дел; в 1686–1687 годах был создан первый наш гербовник (не уцелел). Он включал гербы Василия Голицына, фаворита царицы Софьи, дворянских родов Одоевских, Ромодановских и других.

Создание в 1722 году Герольдмейстерской конторы при Сенате внесло в эту сферу упорядоченность. Автор рассказывает о чиновниках, сочинявших гербы (в первую очередь для населенных пунктов, это было дело важнее дворянского), и о новых изданиях гербовников. История российской геральдики — отрасли для нас почти маргинальной, вспомогательной исторической дисциплины — превращается на страницах книги в динамичное повествование, прерываемое ссылками геральдистов в Сибирь, державным вкладом Павла I, чей указ от 1797 года о создании «Общего гербовника» изменил многое, а также революцией 1917 года, которая пресекла издание многотомника, начатого тем самым Павлом.

Мы узнаем, какими именно (достаточно сложными) путями наши дворянские роды зарабатывали право на герб, по каким эмблематическим принципам их сочиняли, как государь их утверждал. Порой это были драмы, хлопоты и большие расходы, на которые многие не шли. Согласно цифрам, приведенным Пчеловым, общее число официально утвержденных русских дворянских гербов — более 4,6 тыс. (вместе с Царством Польским — 5,26 тыс.), при этом дворянских родов к 1917 году у нас было около 60 тыс., то есть официально утвержденные гербы были лишь у 10% фамилий. Прочие либо гербов не имели вовсе, либо пользовались неутвержденными — так называемыми самобытными. Собирательство этих гербов стало отдельной отраслью русской геральдики, весьма азартной. Она возникла еще до революции и продолжилась в 1920–1930-е годы. Еще, оказывается, ренессанс нашей геральдики случился в эпоху Серебряного века, видимо в связи с общим романтическим интересом к истории. Словом, нюансов и любопытных деталей в нашей геральдике оказалось множество — и то речь об одних только фамильных гербах, без государственной и территориальной символики!

Этот исторический очерк занимает примерно пятую часть книги, остальные страниц 400 разделены на две части. Первая отдана описанию русского дворянства по типам (Рюриковичи, Гедиминовичи, кавказские князья, остзейские бароны и так далее): как они получили свои титулы и какие гербы обычно у этой категории имелись. Вторая часть названа автором «геральдической панорамой». Здесь около полусотни очерков, каждый из которых посвящен конкретной фамилии и ее гербу, причем автор сосредотачивается не на знатнейших (хотя есть, например, Бобринские), а на наиболее видных деятелях культуры и истории: Беринг, Глинка, Гоголь, Державин, Крузенштерн, Микешин, Рерих, Тургенев, Чаадаев и многие прочие. Так, в главе о хирурге Николае Склифософском рассказывается о том, что потомственное дворянство выслужил его отец, а вот герб себе завел уже сын, получив в 1895 году чин тайного советника. Официально утвержденный герб! В нем был ампутационный нож с лазоревым лезвием и девиз: «В знании сила».

Таким образом, книга оказывается отнюдь не каким-то прикладным справочником по геральдике, которым могли бы пользоваться антиквары, опознавая гербы на фамильном серебре. Нет, она именно то, что написано в ее заглавии, — история России языком дворянских гербов. Получилось научно-популярное издание, которое будет понятно и интересно любому любителю отечественной истории, поскольку даст ему дополнительный инструмент ее оценки. Инструмент, который был невероятно важен для настоящих дворян — а сегодня оказался совершенно забытым и попавшим куда-то на одну полку с филателией. А зря, ведь за каждым гербом — судьбы и порой подвиги. Как у Склифософского.