Алексей Пахомов: не в ногу с «первым призывом»

Юбилейной выставки не было в планах ГРМ на этот год, решение приняли весной. Этим, вероятно, объясняется не самый удачный выбор залов: графика первых пятилеток резко контрастирует с будуарными, украшенными резьбой и лепниной Константиновскими покоями. По этой же причине в экспозиции представлена только собственная коллекция музея.

Выдающийся живописец, блестящий график и иллюстратор, автор прославленной блокадной «Ленинградской летописи», Алексей Пахомов сегодня мало известен широкому зрителю, хотя его исключительный талант признавали даже собратья по ремеслу. Юрий Пименов называл художника «одним из сильнейших изобразителей своего времени в его самых лирических и самых трагических состояниях». Высокую оценку ему дал Владимир Лебедев, учитель и коллега по работе в Детгизе: «Среди всех нас Алексей Федорович — скала, монумент».

«Пахомов — это первый призыв советских художников, учившихся полностью в советские времена и стремившихся создать „стиль эпохи“, — говорит куратор выставки, заведующая отделом рисунка ГРМ Наталья Козырева. — Он, как Дейнека, Пакулин, Самохвалов, Ведерников и другие основатели „Круга художников“, искал большие темы, опираясь на древнерусское искусство, Возрождение, что позволило ему стать универсальным мастером».

Алексей Пахомов родился в деревне Варламово Вологодской губернии в многодетной крестьянской семье. Его талант к рисованию заметил земский начальник, любитель искусств и меценат Владимир Зубов. Он и решил судьбу мальчика: сначала определил в школу, затем в училище. В 1915 году Пахомов уезжает в Петроград, где учится в Училище Штиглица у Мстислава Добужинского, Сергея Чехонина, Василия Шухаева, позже у Николая Тырсы и Владимира Лебедева, в Академии художеств — у Александра Савинова. С 1921 года участвует почти во всех отечественных и международных выставках. Во второй половине 1930-х, после газетной травли художников-формалистов, Пахомов практически уходит из живописи. «Я начал замечать, что „вся рота идет в ногу“, а я один не „в ногу“… И я оставил живопись. Мне оставался рисунок, там я никакого разлада со средой не чувствовал», — вспоминал он.

Экспозиция в залах Михайловского замка начинается с наиболее значительных живописных работ 1920–1930-х: «Сенокос», «Жница», «Портрет работницы» («Девушка в синем»), «Стрелки из лука», «Портрет девушки в голубом», «Спор во ржи». Монументальность фигур, игра фактуры и света, ясные силуэты — главные выразительные средства художника здесь представлены наиболее отчетливо.

Отдельный зал посвящен росписи Пахомовым фриза комнаты для игр в ДК им. Первой пятилетки — «Хоровод детей всех наций». Росписи были утеряны еще во время послевоенной реконструкции здания, эскизы сохранились только в ГРМ. На семи фанерных щитах, оклеенных картоном, ритмически скомпонованные группы детей как бы бегут навстречу друг другу. Пластичная композиция, теплый колорит — все это делает рисунок легким, подвижным, живым.

В нескольких залах представлены книжные иллюстрации к «Приключениям Гулливера» Свифта, книгам Гайдара, Каверина, Шварца. Впервые зрители смогут увидеть всю серию рисунков и эскизов Пахомова к сказке Киплинга «Кошка, которая гуляла сама по себе». Отдельные фрагменты музей уже показывал — сейчас же представил весь процесс работы над сказкой. Впервые на выставке показаны карандашные зарисовки Пахомова к циклу «Красивая Меча». И рядом — иллюстрации к поэме Некрасова «Мороз Красный нос». «Мы специально поставили их вместе, — рассказала Наталья Козырева, — чтобы зрители сами увидели и поняли кухню художника: как он рисовал с натуры и как потом натурные зарисовки превращались в иллюстрации к книге».

Завершает экспозицию, пожалуй, самая известная серия графики Пахомова, посвященная блокаде Ленинграда. Пронзительные зарисовки в госпиталях, детских домах, на улицах осажденного города сделали эти работы настоящей «Ленинградской летописью». 

Государственный Русский музей
«Алексей Пахомов. К 125-летию со дня рождения. Произведения из собрания Русского музея»
До 27 октября