Екатерина Соловьева: «Если смотреть на архив Варновского подряд, видно, как он растет»

Повседневная жизнь Парфеньевского района день ото дня, год за годом кропотливо фиксировалась Владимиром Варновским (1923–2008). Участковому милиционеру фотокамера полагалась по службе; снимать ему понравилось, хобби переросло в профессию. Варновский ушел в районный комбинат бытового обслуживания, стал работать фотографом. Портреты на паспорт, школы, детские сады, свадьбы, похороны, первомайские демонстрации, концерты самодеятельности — после смерти Владимира Александровича остался огромный архив. На чердаке в мешках и коробках сохранились сотни негативов, тысячи кадров, охватывающие полвека, с 1946 по 2006 год. В июне этого года о пленках Варновского узнала документальный фотограф Екатерина Соловьева. С помощью куратора Наи Беспаловой она организовала текущую выставку. Это только начало работы с архивом самобытного фотографа, как рассказала Екатерина Соловьева в интервью.

На открытии выставки я видел героев фотографий Варновского и их детей: они радовались и плакали. Снимки и правда трогательные и искренние. Помимо эмоций, что еще привлекает в этом проекте лично вас?

Я не просто коллекционер старых фотографий. Я сама документальный фотограф, и для меня это часть работы над моими собственными проектами. Я убеждена, что фотограф не должен фиксироваться только на себе и своем субъективном опыте. Я чувствую необходимость глубоко погрузиться в тему, над которой работаю. Я, можно сказать, прикипаю к месту, к истории, которая меня занимает. И в этом смысле мне очень важен опыт предыдущих поколений фотографов, которые жили в этом месте и снимали своих соседей. Когда ты изучаешь визуальный язык своих предшественников, которые описывали им людей, которых знали близко, ты начинаешь совсем по-другому воспринимать, чувствовать место. Поэтому мне важно находить архивы, изучать их как дополнительный источник информации. И хорошо, когда уже потом архив начинает жить собственной жизнью, выставляться и т. д. Я знаю фотографов, которые исследуют архивы своей семьи, есть коллекционеры военных архивов, а мне интересны деревенские.

Как началось ваше увлечение «визуальной археологией»?

В 2016–2017 году я работала над проектом «Тверские карелы». Тогда, путешествуя по Тверской области, я впервые поняла, насколько мне не хватает того самого опыта фотографов, о котором я вам сейчас говорила. Я как-то подспудно стала мечтать о том, чтобы найти какие-нибудь старые пленки. И вот один из моих героев, тверской карел, отдал мне негативы отца, который в 1970-х снимал родную деревню. Эти семь или восемь пленок были моим первым архивом. Там так классно все было! Виды деревни, портреты людей, жанровые сцены, праздники-гулянья, тулупы-валенки... Я сканировала медленно, растягивала удовольствие.

С того случая я влюбилась в деревенские архивы. В последние годы я живу в Костромской области и в рамках сотрудничества с командой «Лесного терема „Асташово“» езжу в экспедиции по деревням. И везде я целенаправленно расспрашиваю о местных фотографах. Первый свой костромской архив я нашла в марте 2021-го на Совеге — это куст деревень за Солигаличем, — в заброшенном доме, где раньше жил фотограф. Всего 17 пленок в очень плохом состоянии. Выяснилось, что весь архив дочь выбросила, а вот эти несколько пленок просто не нашла. К счастью, архив Варновского его дочь Елена Владимировна передала мне в хорошей сохранности.

Как профессионал, можете оценить творчество коллеги?

Владимир Варновский прошел большой путь как фотограф. Он ведь начинал, можно сказать, по принуждению: как участковый инспектор он должен был для протокола фиксировать на пленке происшествия. И это его так увлекло, что он ушел из милиции, чтобы посвятить себя новому интересному делу. И вот, если смотреть на его архив подряд, пленку за пленкой, то видно, как он развивается, растет. Как стремится перенять что-то из журналов, которые выписывал, — «Советское фото», чехословацкого Revue Fotografie. Он там подмечал какие-то приемы, рифмы. У него есть шикарная фотография с руками: на портрете на стене руки Ленина, здесь же руки сложены у героини, рядом танцуют люди и автор тоже явно делает акцент на их руках. Мне нравится Варновский как фотограф. Конечно, если сравнивать его с мировыми величинами, на их фоне он слегка наивен. Но в этом как раз заключаются его прелесть и самобытность. И, что важно, он сам про себя понимал: он фотограф, а не просто деревенский свадебный «бомбила-портретист».

Центр русского искусства, Кострома
«Невидимая страна. Владимир Варновский»
До 19 ноября