Миланской триеннале искусства и дизайна в этом году исполняется 100 лет

Завсегдатаи Миланской недели дизайна знают место силы — городской парк Семпионе и стоящее на краю парка здание Музея дизайна Триеннале, названного в честь знаменитой выставки, которая в этом году отмечает 100-летие. В судьбе Миланской триеннале, как в магическом зеркале, отразилась противоречивая и драматичная история итальянского дизайна: технологии, компании, вещи и люди индустрии с их межвидовой борьбой, дискуссиями, политическим и эстетическим противостоянием. Были годы, когда вся Европа считала триеннале витриной передовых исканий, но были и периоды забвения, когда она воспринималась миланским дизайнерским цехом как чемодан с отломанной ручкой: и бросить жалко, и нести тяжело.

То, что сейчас является выставкой триеннале, началось в 1923 году как Биеннале декоративных искусств на Королевской вилле в Монце в 15 км от Милана. Там располагалось передовое учебное заведение — Университет прикладных искусств, который называли «итальянским Баухаусом». Здесь все было по моде 1920-х: промышленных художников учили социальной направленности, которую пропагандировало миланское общество Società Umanitaria, ставившее целью поддержку рабочего класса. Первые четыре выставки — 1923, 1925, 1927 и 1930 годов — служили одной цели — сделать региональные художественные инициативы страны более едиными. Венец IV Миланской триеннале 1930 года — «Электрический дом» — павильон, спроектированный четырьмя итальянскими архитекторами как ответ на «Эспри Нуво» Ле Корбюзье. Павильон поразил публику четкой планировкой и обилием электробытовой техники — и сразу прозвучал как манифест европейского рационализма.

В 1933 году выставка переехала в Милан, в специально построенное здание, спроектированное архитектором Джованни Муцио и официально именуемое Дворец искусства — Палаццо дель арте (миланцы иногда называли его палаццо Бернокки: меценаты Антонио, Микеле и Андреа Бернокки в 1930 году пожертвовали на строительство 5 млн лир). Именно тогда выставка из биеннале превратилась в триеннале. При Муссолини прошли три так называемые режимные сессии триеннале — в 1933, 1936 и 1940 годах. V Миланскую триеннале 1933 года формирует Джо Понти, который станет крупнейшим итальянским архитектором ХХ века, вместе с любимым художником Муссолини Марио Сирони. Девиз выставки — «Стиль и цивилизация», эстетика Новеченто, которая должна была быть представлена в архитектуре, в современном доме и в обновленном прикладном искусстве. В память о V Триеннале, в которой приняли участие 18 стран и куда был приглашен, но не выпущен советскими властями выдающийся архитектор Константин Мельников, в парке Семпионе осталась Ликторская башня (Torre Littoria), возведенная из стальных труб по проекту Джо Понти и инженера-конструктора Чезаре Кьоди.

Триеннале никогда не переставала фиксировать передовые тенденции. Например, на VI Миланской триеннале 1936 года развернули свои знамена итальянские рационалисты Эдоардо Персико и Джузеппе Пагано, убедив Муссолини в том, что этот передовой стиль подходит империи. После войны триеннале документировали развитие художественной арт-сцены и восстановление итальянской экономики — стандартизацию и массовое производство.

XIV Миланская триеннале 1968 года с темой «В большом количестве» (Il Numero Grande) вошла в историю как «триеннале одного дня». Экспозицию в первый же день оккупировала революционно настроенная молодежь: студенты, дизайнеры, художники. Ущерб, нанесенный протестующими, был настолько велик, что пришлось перекрашивать здание и основательно реконструировать экспонаты.

Особым драйвом обладала и проведенная в 1973 году XV Миланская триеннале, в которой архитектурную часть курировал Альдо Росси, а художественная запомнилась участием французского неореалиста Армана, Альберто Бурри и австрийца Фриденс­райха Хундертвассера. Важно помнить, что до 1961 года, когда в Милане начали проводить Мебельный салон (Salone del Mobile), триеннале была единственной в Италии площадкой, где можно было продемонстрировать дизайнерские изделия, поэтому на всех выставках большое внимание уделялось предметам и интерьерным решениям.

Иногда итальянцы заявляют, что с 1996 по 2016 год триеннале не проводилась. На самом деле была XX Миланская триеннале с темой «Память и будущее», которую называют аномальной, ибо ее проведение и формат официально не были одобрены Бюро международных выставок. Полуофициальная триеннале превратилась в череду выставок, которые прошли с 2001 по 2004 год, а также в реконструкцию самого Палаццо дель арте, которую провел миланский архитектор Микеле де Лукки.

Подготовка к нынешнему празднованию 100-летия началась в 2016 году с возрождения регулярных выставок триеннале. В 2015 году Милан принимал Экспо — итальянцы вошли во вкус проведения мощных выставочных проектов и захотели воскресить международный праздник. В 2016-м XXI Миланская триеннале с темой «21 век. Дизайн после дизайна» была по-настоящему шумной. Она не просто выплеснулась в город за пределы парка Семпионе, но совершила невиданную экспансию — ее выставки расползлись практически по всем районам Милана, к празднику подключились и Академия Брера, и Музей науки и техники имени Леонардо да Винчи, Музей Перманенте, миланский Политех, Миланский университет и многие другие институции.

В 2019 году была взята интеллектуальная высота: XXII Триеннале с темой «Сломанная натура. Дизайн спасает человечество» получилась сенсационной благодаря куратору Паоле Антонелли. Миланка, давно живущая в Нью-Йорке, старший куратор нью-йоркского Музея современного искусства, устроила мощное шоу, собрав множество проектов практически со всех континентов. В основе ее концепции — идея о том, что человечество уже подписало себе смертный приговор, оно вымрет как вид, но дизайн из последних сил пытается противостоять этому процессу. Выставка получилась умная, инновационная и с легким апокалиптическим уклоном. Непосредственно предъюбилейная триеннале прошла в 2022 году.

Но как отпраздновать 100-летие в нетриеннальный год? Решили чествовать триеннале через историю итальянского дизайна. Однако тут были свои сложности. В начале 1990-х триеннале ослабела, зато с 1995 года началась музеефикация ее фондов (сегодня они насчитывают 1,6 тыс. единиц хранения). Тогда же у итальянцев появилась идея фикс — сформировать экспозицию национального дизайна. Ее реализация потребовала многолетних архивных исследований и подходов к теме — от экспериментальных выставок Маноло Де Джорджи и Энцо Мари до первого полноценного варианта — выставки, собранной искусствоведом Джампьеро Босони в 1997 году под названием «Музей дизайна. Постоянная коллекция итальянского дизайна 1945–1990 годов».

Нынешней, «юбилейной» версией занимался куратор дизайна и моды, назначенный в 2020 году новый директор Музея итальянского дизайна Марко Саммикели. Он стремился рассказать историю 100 лет, «в течение которых новые материалы, новые методы и новые эстетические коды произвели революцию в итальянском доме и в обществе». В его распоряжении оказались богатые архивы триеннале, откуда он выуживал артефакты, касающиеся дизайна интерьера, архитектуры, промышленного дизайна и массового производства. Ключевым элементом стала «культура дизайна интерьера». Поэтому в новой экспозиции появились семь интерь­ерных диорам: три дома, одна ванная, один гараж, один офис и одна дизайнерская студия. Зрители видят обстановку феррарского дома Минерби работы Пьеро Боттони; интерьер 1965 года — миланский дом Манусарди с мебелью архитекторов Луиджи Фиджини и Джино Поллини; изысканную обстановку виллы Альбонико — послевоенную работу туринца Карло Моллино; ванную комнату Pozzi Ginori с сантехникой, нарисованной керамистом Антонио Кампи; офис с первым итальянским компьютером Olivetti Elea 9003, спроектированным Этторе Соттсассом. Особый акцент Марко Саммикели сделал на реконструкции студии графического дизайнера Уолтера Балмера, швейцарца, иностранца, творчество которого тесно связано с городским стилем Милана. И конечно, шикарно смотрится гараж с культовыми итальянскими мотороллерами Vespa и Lambretta, мотоциклом Guzzi Galletto и маленьким авто Fiat 500.

В целом экспозиция сегодня выглядит более мультимедийной средой, состоящей из архивных документов, исторических фотографий, произведений искусства и графических проектов. Все они рисуют социокультурный контекст, в котором рождались иконы дизайна, которые, безусловно, остались в центре внимания. Воссозданные исторические интерьеры слегка меняют оптику зрителей, позволяя чувствовать за дизайнерскими предметами реальный мир и достоверность жизненных историй.

Еще одно важное новшество: изогнутый экспозиционный коридор музея теперь заканчивается «платформой дизайна» — площадкой для временных выставок, которые будут меняться каждые четыре месяца. Тут будут смешивать предметный дизайн, моду и текстиль. «Платформа дизайна» дебютировала выставкой «Текст», которая посвящена буквам, шрифтам, надписям в современном дизайне. В «Тексте» соседствуют работы Джорджо Армани, Умберто и Фернандо Кампана, Вико Маджистретти, Оттавио Миссони и Гаэтано Пеше. В пандан к «Тексту» логично встала выставка «Слово», рассказывающая о гордости итальянского дизайна — Этторе Соттсассе (1917–2007), который охотно писал манифесты, статьи, вел удивительные дневники и в целом ряде проектов оперировал фразами не хуже, чем материалами и цветами. Дополняет юбилейный сезон Музея дизайна Триеннале ретроспектива столпа итальянского дизайна Вико Маджистретти (1920–2006).