Art Basel обустраивается в «новой нормальности»

Ярмарка Art Basel открыла свои двери для ВИП-гостей 15 июня, и во многих отношениях все шло как обычно. О большей части продаж существовали предварительные договоренности — заключенные еще до того, как индекс Доу — Джонса рухнул на 800 пунктов, что не могло не тревожить американцев, прилетевших на ярмарку впервые после трехлетнего перерыва.

Как бы то ни было, по словам президента Hauser & Wirth Марка Пайо, «Art Basel снова работает в полную силу и находится в отличной форме». Его галерея сообщила о продажах на более чем $75 млн за первые несколько часов работы стенда. В числе продаж — бронзовый «Паук» (1996) Луиз Буржуа, за которого заплатили $40 млн.

При этом есть основания полагать, что рынок ожидает перекалибровка. Поскольку в материковой части Китая по-прежнему действуют строгие ограничения, связанные с пандемией коронавируса, китайских коллекционеров на ярмарке было заметно меньше обычного — впрочем, некоторые из них отправили вместо себя европейских консультантов. При этом галеристы отмечали присутствие гостей из Сингапура, Гонконга и Южной Кореи. Пайо признается, что был «приятно удивлен» количеством коллекционеров и консультантов из Азии.

Тем временем исполнительный директор галереи Gagosian Эндрю Фабрикант обратил внимание на «небывалое разнообразие посетителей» ВИП-открытия. «Речь идет о радикальных переменах, — говорит он. — У меня сложилось впечатление, что это уже другое поколение людей».

Судя по всему, новое поколение художников тоже активно штурмует рынок, и даже традиционно состоящий из тяжеловесов пул Art Basel, по-видимому, постепенно уступает место молодежи.

Исполнительный директор парижской Templon Анн-Клоди Корик рассказывает, что ее галерея «предвидела небольшой сдвиг на рынке» и в этом году «сосредоточилась на диалоге между разными поколениями художников».

Авторитетные и экспериментальные

Галерея Templon привезла и «давние работы» таких авторитетных американских художников, как Джим Дайн, Джулс Олицки, Эд и Нэнси Кинхольц, и более «экспериментальные» вещи «более молодого, глобализованного поколения», в том числе Кьянде Уайли, Билли Зангевы и Омара Ба — трех художников, которые, по словам Корик, «досконально знают историю западного искусства, но при этом связаны с Африкой и ее проблематикой».

В числе первых продаж были картина Ба «Что-то случилось 1» (2022), купленная приблизительно за $150 тыс., и произведения Робина Кида, также известного как The Kid и работающего в стиле нео-поп-арт (цены варьируются от €70 тыс. до €90 тыс.), Тихару Сиоты (€90–300 тыс.) и Зангевы ($100 тыс.).

Директор по кураторской работе Lisson Грег Хилти рассказал, что его галерея «расширила круг интересов» и разбавила традиционный пул абстракционистов более фигуративным искусством. Lisson привезла на ярмарку работы своих «новичков» Ли Рана, Ю Хон и Джека Пирсона, и все они были проданы в день открытия за $32 тыс., $220 тыс. и $225 тыс. соответственно.

Мегагалереи тоже делают ставку на разнообразие. Gagosian демонстрирует написанный Пабло Пикассо в 1953 году портрет его жены и музы Франсуазы Жило бок о бок с работами Эшли Бикертона, Джордана Вольфсона и Рика Лоу — художников с уже сформировавшейся карьерой, но сравнительно неразвитым рынком. По словам Фабриканта, на ВИП-открытии галерея продала более 40 произведений; цены на ее стенде варьируются от приблизительно $500 тыс. до около €20 млн за Пикассо. Тем временем на стенде Pace можно увидеть впервые выставленные на продажу картины Лой Холлоуэлл (около $450 тыс.) и Адриана Гение ($1,8 млн). Обе были куплены в первые два часа после открытия ярмарки.

Традиционно работы молодых и недооцененных художников располагаются на втором этаже Art Basel. Мариан Ибрагим из одноименной галереи Mariane Ibrahim, впервые принимающая участие в ярмарке, показывает на своем стенде исключительно новые произведения. Ценовой диапазон составляет от $25 тыс. до $400 тыс. за Puppy Blankie (2022) ганского художника Амоако Боафо, приобретенную частным коллекционером в день открытия. В последние годы рынок Боафо сильно увеличился, отчасти в результате ряда аукционных продаж, что идет вразрез с желанием самого художника.

Ибрагим отмечает, что «силовой сдвиг» на арт-рынке происходит в числе прочего за счет молодых галерей. «Именно мы берем на себя риски, связанные с взращиванием молодых художников; мегагалереи не утруждают себя сменой подгузников, — говорит она. — Но если они работают и с авторитетными, и с молодыми художниками, это все усложняет: это как одновременно сидеть за столом со взрослыми и за детским столом».

Пространство свободы

Ибрагим уверена, что тут еще и вопрос поддержки художника на раннем — зачастую тяжелом — этапе его карьеры. «Нужно дать художнику время и пространство, дать ему свободу, чтобы он мог найти индивидуальный стиль», — говорит она и отмечает, что у каждого из представленных на ее стенде авторов уже были музейные выставки и продажи. «Мы проделали подготовительную работу — пришло время показать их здесь», — добавляет она. К концу первого дня галерея распродала половину своего стенда.

Другой важный фактор, влияющий на экосистему ярмарок, — это цены на транспортировку, которые, по словам Корик из галереи Templon, «взлетели по всему миру». В результате ее галерее нужно было действовать «крайне осторожно и продуманно в том, что касается доставки, и сосредоточиться на произведениях, которые уже находились в Европе».

Раздел Art Basel под названием Unlimited, знаменитый своими крупноформатными скульптурами, в этом году представляет внушительное число двухмерных работ. В числе самых небольших из них — работы живущего в Мексике художника Франсиса Алюса, изображающие заборы с колючей проволокой из разных частей света, в том числе те, что разделяют Гонконг с Китаем и Индию с Пакистаном. Задуманная как единое произведение, эта серия полотен стоимостью от $1,5 млн до $2 млн была доставлена в Швейцарию в одном ящике — что, по словам дилера Петера Кильхмана, было «очевидным преимуществом».

Хилти из галереи Lisson отмечает, что все стали «немного прагматиками» в том, что касается транспортировки; одна из представленных на ее стенде работ, отправленная из Шанхая, прибыла всего за день до открытия. «Решая задачи, мы не разбрасываемся деньгами, а стараемся как можно рациональнее использовать любую ситуацию», — говорит он.

Более того, во время пресс-конференции международный директор Art Basel Марк Шпиглер отметил: «Сейчас все еще необычные времена». По его словам, на ситуации сказывается и продолжающаяся пандемия, и связанные с ней ограничения, и текущая геополитическая обстановка. Если прибавить к этому спад на мировых рынках (только за этот год индекс Доу — Джонса упал приблизительно на 20% и криптовалюты тоже идут вниз), становится очевидно, что в не таком уж далеком будущем нашу «новую нормальность» ждут испытания.