Форма княжеского шлема переопределила его содержание

Этот экспонат Оружейной палаты хорошо знаком любому, кто занимается русской историей. Случайно обнаруженный крестьянами в 1808 году близ Юрьева-Польского шлем второй половины XII — первой половины XIII века стал одним из тех предметов, с которых отечественная история началась как наука (а с ней и военная археология). При Александре I его изучением занимался Алексей Оленин, на основе упоминания на шлеме имени Феодор предположивший, что тот принадлежал отцу Александра Невского, князю Ярославу Всеволодовичу, крещенному в честь святого Федора Стратилата. Версия подтверждалась летописями, из которых известно, что в 1216 году, потерпев поражение в Липицкой битве, примерно в том же районе, этот князь бежал, бросив свой тяжелый доспех.

Шлем стал одним из первых экспонатов Оружейной палаты как музея, получив инвентарный номер Ор-2, и до сих пор остается одним из древнейших русских шлемов. А также одним из самых красивых: несмотря на частичные утраты железной основы, серебряные накладки с изображением архангела Михаила и святых сохранились. Он был темой многих статей и попыток «бумажных» реконструкций первоначальной формы. И вот, впервые за 200 лет, пришло время реконструировать его в реальности. Отреставрированный предмет представлен в Музеях Московского Кремля, в парадном вестибюле Оружейной палаты, на выставке «Александр Невский. Имя, символ, легенда» (до 12 января 2022 года), приуроченной к 800-летию сына предполагаемого владельца шлема. Реставрация и была подгадана к открытию этого выставочного проекта.

Как рассказал нашему изданию Федор Панфилов, хранитель экспозиции оружия и регалий Оружейной палаты, реставрация, выполненная реставратором Музеев Московского Кремля Михаилом Кружалиным, заняла более года. Благодаря ей знаменитый шлем — которым, кстати, вдохновлялись советские художники, придумывая реквизит для фильма «Александр Невский», — предстает в таком виде, какого не предполагали прежде. Все опубликованные репродукции с ним, а также его музейные реплики отныне следует считать устаревшими.

По словам Федора Панфилова, основное изменение коснулось формы шлема. Когда в начале XIX века железные и серебряные фрагменты поступили в музей, их расположили на деревянной болванке, очертания которой определялись тогдашними представлениями о том, какими были русские шлемы XIII века, поэтому форма эта была похожа на норманнские шлемы. За два столетия деревянная основа деформировалась, что плохо влияло на закрепленные на ней металлические фрагменты. Было решено заменить ее на новую. Когда остатки шлема сняли и подвергли тщательному анализу, выяснилось, что диктуемая их изгибами форма отличается от того, к чему привык наш взгляд. Стала очевидной реальная конфигурация «шлема Ярослава Всеволодовича», оказавшаяся не настолько вытянутой, как было принято считать.

Новую основу сделали из нейтрального материала, цвет которого был выбран черным, чтобы он сов­падал с оттенком старого железа сохранившихся частей — те подверглись тщательной консервации. Другое зримое изменение коснулось позолоченных чеканных накладок из серебра. Потемневший древний металл был очищен от патины и теперь сверкает.

Исследование шлема в ходе реставрации, по словам Панфилова, позволяет предположить, что его основа могла быть более ранней. На нее позднее были добавлены узорчатые серебряные накладки и наносник с надбровными дугами. Не исключено, что шлем принадлежал нескольким знатным воинам и передавался в княжеском роду из поколения в поколение.