Спустя почти век русский парижанин Серж Поляков вновь покоряет французскую столицу

Воистину нынешний осенне-зимний сезон в Париже проходит под знаменем русского парижанина Сержа Полякова. В Музее современного искусства города Парижа открылась его ретроспектива Мечта форм. В экспозиции около 150 произведений, охватывающих период с 1946 по 1969 год. Это первая такого масштаба выставка Полякова с 1970 года. Соревнуясь с ней, и Музей Майоля выставил 150 гуашей художника, большинство которых из коллекции Дины Верни, легендарной музы Майоля, открывшей в 1947 году свою галерею. Здесь в 1950–1960-е годы выставлялись творения мэтров послевоенного «лирического» абстракционизма — так называемой второй парижской школы. В их число входил и Серж Поляков.

На ретроспективе в Музее современного искусства не только 70 живописных произведений и гуаши. В витринах — фотографии, афиши, а на экранах крутят отрывки из фильмов. А там Серж щиплет гитарные струны, сопровождая цыганские романсы. Художник в Париже вместе с братом Владимиром много лет зарабатывал на жизнь и краски, выступая по ночам в цыганских кабаре.

Сергей Поляков родился 8 (20) января 1900 года. Он был 13-м ребенком в семье коннозаводчика. Еще подростком начал рисовать и играть на гитаре. После революции семья перебралась в Тифлис, где Сергей аккомпанировал тетке, известной исполнительнице романсов. Выступал он затем с ней в Константинополе, Софии, Белграде, Вене и Берлине. Наконец, в 1923 году Серж Поляков прибыл в Париж и, как потом объяснял, «сразу понял, что дома».

С 1929 года Поляков начал посещать Академию Фрошо на Монмартре, затем «Гранд-Шомьер» на Монпарнасе. В 1939 году он полностью перешел к абстракции. Озарение пришло к нему в 1936 году в Лондоне, в египетском отделе Британского музея. Пытаясь постичь секреты древнеегипетской живописи, он проводил возле саркофагов долгие часы и даже попытался соскрести с крышки саркофага чешуйку левкаса. Эврика! Египтяне,  оказывается, не смешивали краски, но накладывали их тончайшими слоями. Эти-то наложения и придавали неповторимое свечение египетским росписям. Так Поляков открыл для себя технику, выделившую его работы на фоне всех тогдашних разновидностей абстракции. Его работы привели в восторг Василия Кандинского. «Я делаю ставку на Полякова», — объявил в 1938 году корифей абстракционизма. Однако Полякова слишком «ученая» (по его словам) концепция Кандинского не устраивала. «Если это абстрактное искусство, то оно не для меня», — заявил художник, на которого больше повлияли «симультанные» эксперименты Робера Делоне, у которого Поляков брал уроки в 1938 году. После он начал работать в своей манере: контрастами крупных цветовых зон, очерченных мягко-прихотливо, в теплом «византийском» регистре. Эти «композиции» привлекают не энергией мазка, а свечением колорита. Поляков добивался этого, составляя и смешивая пигменты — «зéмли», как делали это иконописцы. Его абстракции родственны иконописи гаммой, но не построением. Икона — окно. А у Полякова фигуры «движутся по кругу» — разбегаются от центра к периферии — в ключе египетской фрески. Их эпицентр нельзя считать в чистом виде геометрическим либо цветовым. Это некий сгусток энергии, квадратура круга, алхимия, музыка сфер.

Критик Шарль Эстьенн в 1946 году написал о картинах Полякова, что «они разноцветны и геометричны, напоминая ковры Бухары и Самарканда». Видимо, и сам художник почувствовал в тот период опасность, таившуюся в излишней декоративности своего стиля. Так пришел «сезон гуашей», которому посвящена выставка в Музее Майоля (до 9 февраля). Они зачастую даже сильнее некоторых его полотен. Работая именно в технике гуаши, Поляков приходит к новому этапу — открывает для себя превращение энергии цвета в материю. Разглядывая работы Полякова, зритель почти физически ощущает их вибрацию: каждый элемент строго вписан в общее целое, возвещая не множественность мира, но его непрерывность и неделимость.

Музей современного искусства города Парижа
Серж Поляков. Мечта форм
Париж
До 23 февраля 2014 года