Как русские символисты изобрели советский модернизм

К сегодняшнему дню создатели выставок до последнего уголочка освоили авангард и конструктивизм и уже рассказали почти все истории про классиков нонконформизма. Теперь происходит освоение новых территорий, ранее остававшихся на периферии внимания исследователей. Все больше и больше проектов посвящают тем, кто творил между 1917 годом и Великой Отечественной, но при этом не принадлежал ни к авангардистам, ни к соцреалистам, а продолжал традиции дореволюционного реалистического и импрессионистического движения. Другая особенность — интерес современных исследователей к региональным школам, показ того, что творилось в Союзе за пределами обеих столиц.

Таков и новый проект Ксении Гусевой и Надежды Плунгян — кураторов, благодаря которым мы увидели в Музее Москвы выставку «Москвичка. Женщины советской столицы 1920–1930-х». Их новая совместная работа создана для того же музея, но показывается на ВДНХ — в пространстве, пожалуй, более подходящем межвоенному периоду, чем ампирные Провиантские склады.

«Волга. Москва. Нева» рассказывает о том, что происходило с художественным миром Саратова — города, известного в первую очередь благодаря кружку «Голубая роза» и Виктору Борисову-Мусатову, ­— после окончания Серебряного века. Наступление новых, гораздо более энергичных лет не заставило голуборозовцев, а также членов объединения «Алая роза» и других мастеров саратовской школы прекратить творить. Так чем же они занимались в советские годы? Кураторы предлагают хронологический обзор — мы видим, как живописцы проходят путь от символизма к авангарду, исследуют фреску, уже советскую, и ищут новые образы в 1930–1950-е годы.

Помимо классиков саратовской школы — Павла Кузнецова, Кузьмы Петрова-Водкина, Мартироса Сарьяна, перед зрителем предстают художники, бывшие учениками Петра Уткина, члены саратовских Свободных мастерских (СВОМАС) под руководством Валентина Юстицкого, участники более позднего кружка «Четыре искусства» (и самый любопытный из них — Алексей Карев). В залах, открывая эти имена для широкой публики, показаны живопись и графика Михаила Аринина, Елены Бебутовой, Евгения Егорова, Владимира Кашкина, уже упомянутого Валентина Юстицкого и прочих. При этом кураторы не фиксируют свое внимание только на Саратове — они показывают, как выходцы из него оказывали активное влияние на живопись Москвы и Ленинграда тех десятилетий — и как педагоги, и как экспоненты.

«Очень естественно, что Павел Кузнецов, который ассоциируется с московским ВХУТЕМАСом или группой „Четыре искусства“, является ключевым представителем и саратовской, и московской школ. Мы стремились не только выделить Саратов, но и высветить эти взаимосвязи, подчеркивая одновременно неразрывность разных этапов советского искусства», — рассказывает Гусева.

«На разных примерах выставка „Волга. Москва. Нева“ раскрывает, как русские символисты изобрели советский модернизм, как пришли к идее монументально-декоративного ансамбля, синтеза искусств, к новому типу картины, как выстроили влиятельные педагогические системы в трех городах», — добавляет Плунгян.

Ядром выставки стали произведения, прибывшие из Саратовского художественного музея им. А.Н.Радищева, дополненные экспонатами из других коллекций.

Павильон «Рабочий и колхозница»
«Волга. Москва. Нева. Саратовские символисты в Москве и Ленинграде 1920–1940-х»
До 17 мая