Джо Викери обещает навести культурные мосты между Россией и миром

Чуть больше года назад международный директор русского отдела Sotheby’s Джоанна Викери покинула компанию после 20 лет работы в аукционном доме. За минувший год, несмотря на пандемию, она успела не только родить вторую дочку, но и запустить собственное агентство, которое консультирует частных коллекционеров и целые институции, а также представляет и продвигает художников на международном рынке. Главная специализация Vickery Art — искусство России и стран бывшего Советского Союза. Кроме того, в начале 2021 года Джо Викери стала главным редактором Russian Art Focus, интернет-издания о русском искусстве на английском языке, инициированного меценатами Инной Баженовой и Дмитрием Аксеновым. Так что теперь вся профессиональная деятельность Викери направлена на то, чтобы сделать русских художников более известными и востребованными на Западе.

«Когда я начала работать с русскими коллекционерами 20 лет назад, их интересовало только свое искусство, но все переменилось. Я верю в то, что когда-нибудь некоторые русские будут признаны великими коллекционерами своего времени, — отмечает Джо Викери. И добавляет: — Многие уже создали или создают частные музеи для размещения своих собраний». Отвечая на вопрос о том, на кого из русских художников коллекционерам стоит обратить пристальное внимание, она называет Евгения Антуфьева, Алису Иоффе, Саню Кантаровского, Таус Махачеву, Анатолия Осмоловского и Ольгу Чернышеву.

Увлечение Джо Викери Россией началось в университете, где она изучала русский язык. Ее диссертация была посвящена малоизвестной шотландской художнице (Джо сама родом из Эдинбурга) Кристине Робертсон, которая впервые приехала в Россию в 1839 году и быстро стала известной в Петербурге светской портретисткой, а позже даже была приглашена ко двору писать портреты Николая I и его семейства. 

В далеком 1994 году амбициозная выпускница с дипломом искусствоведа написала в Sotheby’s письмо с просьбой пройти стажировку в отделе русского искусства. Получив начальный опыт работы в аукционном доме на младших должностях, вскоре она присоединилась к русскому отделу.

Карьера Джо Викери в Sotheby’s пришлась на бурный период взлетов и падений рынка русского искусства. С 2004 по 2008 год — время настоящего русского арт-бума, когда специально учрежденные для российских коллекционеров престижные вечерние аукционы русского искусства неизменно заканчивались новыми рекордами цен. Однако этот пузырь внезапно лопнул в кризис 2008 года, и затем последовал долгий период застоя.

Несмотря на свои размеры и мощь, Россия с точки зрения международного арт-рынка остается слепой зоной, мало понятной для большинства и многих пугающей. Джо Викери хотела бы изменить это восприятие. «Русский арт-рынок не очень хорошо интегрирован в международный. Но это невероятно яркая и развивающаяся область», — считает она. Отчасти проблема, по ее мнению, заключается в отсутствии международных выставок русского искусства. «Мы должны стремиться навести эти культурные мосты и сказать, что дело не только в политике. Там много всего происходит. У России такое богатое наследие, и это то, на что я хочу обратить внимание», — признается она. Несмотря на то что после 2014 года российский рынок серьезно пострадал, собственное исследование Викери в прошлом году показало, что в 2018–2019 годах аукционный рынок вырос на 17%.

Во время пандемии арт-рынок в Москве сохранил активность. В сентябре даже состоялась ярмарка Cosmoscow. Викери указывает на московский аукционный дом Vladey, специализирующийся на российском современном искусстве: «Пару лет назад было около 5 продаж в год, а в прошлом году — 39, большинство из которых были онлайн». Есть и другие обнадеживающие ростки, такие как стремительно набравшая популярность в период карантина группа в Facebook по продаже произведений искусства, созданная коллекционером и дилером Максимом Боксером. У Викери своя оптика в отношении этого проекта. Она заметила, что около 70% художников и участников, коллекционеров и просто разовых покупателей, в группе — женщины. Об этой ярко выраженной girl power (не буквально «девичьей силе» как культурном феномене третьей волны феминизма, но шире — роли женщин) в российской арт-индустрии не принято говорить внутри страны, а Викери подчеркивает это обстоятельство. Однако она же отмечает, что в области гендерного равновесия арт-рынку России еще предстоит пройти большой путь. Согласно ее исследованию, в течение последних трех лет, с 2018 по 2020 год, доля художников-женщин на лондонских русских торгах не превышала 7,8%. «Я видела несколько русских аукционов даже за последние несколько лет, на которых вообще не было художниц! Или всего пара, но этого достаточно», — добавляет она.