Мировые арт-ярмарки могут перенести еще на год

В первой половине 2020 года продажи искусства упали в среднем на 36%, из-за чего дилеры были вынуждены на треть сократить свой штат, а 2% галерей закрылись навсегда — и эта цифра, судя по всему, значительно вырастет, когда закончатся дотации на аренду, а в экономике начнется период рецессии. К таким выводам пришли авторы совместного отчета Art Basel и UBS о влиянии COVID-19 на галерейный бизнес.

Но, вероятно, более всего пострадали арт-ярмарки (на прошлой неделе Art Basel отменила уже третью из запланированных на 2020 год ярмарок, на этот раз в Майами-Бич), и составитель отчета экономист Клэр Макэндрю сомневается в том, что им удастся восстановиться в 2021 году.

Как показал опрос 795 галерей, специализирующихся на модернизме и современном искусстве, 91% дилеров уверен, что во второй половине 2020 года продажи не улучшатся. Более того, только треть из них ожидают повышения продаж в 2021 году. «Мы наблюдаем признаки связанного с пандемией эффекта домино, который может повлиять на участие в арт-ярмарках в 2021 году», — считает Макэндрю. Она отмечает, что большинство коллекционеров планируют снова начать посещать художественные мероприятия в других городах и странах не раньше второй половины 2021 года.

Эффект домино уже ощущается в Австралии, где Мельбурнскую художественную ярмарку, изначально запланированную на февраль, перенесли на 2022 год. «В мире по-прежнему сохраняется слишком большая неопределенность для того, чтобы планировать ярмарку на ближайший февраль», — объясняет ее директор Мари ди Паскуале. Наперекор тенденции идут лишь немногие смельчаки: в России прошла Cosmoscow, а лондонская ярмарка современного африканского искусства «1:54» по-прежнему готовится к работе в октябре. Тем временем решение о том, состоится ли в следующем месяце открытие FIAC в Париже, пока что не принято (ожидается, что информация появится в ближайшие дни).

Отчет Art Basel и UBS показал, что, даже несмотря на попытки ученых как можно скорее разработать вакцину от COVID-19, в следующем году дилеры собираются сократить свое участие в ярмарках. В среднем этот показатель снизится с четырех ярмарок в 2019-м до трех в 2021 году. Галереи с оборотом $10 млн и выше говорят, что планируют ограничиться четырьмя ярмарками вместо обычных семи.

В числе главных причин называют ограничения на международное сообщение и повышение транспортных расходов; некоторые также говорят о воздействии перелетов на окружающую среду. Так, дилер из Лондона Кейт Макгарри собирается принимать участие только в ярмарках, до которых можно добраться на поезде. «Если в 2021 году ярмарки не отменят, я поучаствую в двух, максимум в трех, — говорит она (раньше Макгарри участвовала приблизительно в трех в год). — В ближайшие годы ярмаркам, вероятно, придется сократить свои объемы, и мне это по душе. Я буду рада, если в результате люди снова будут приходить в галерею».

В 2019 году ярмарки служили основным источником дохода галерей, обеспечивая почти половину их продаж (46%). В то же время с ними было связано 29% расходов, что больше трат на аренду помещений и зарплаты. Макэндрю рассказывает, что дилеры все чаще ищут альтернативы ярмаркам, предпочитая им, например, галерейные уик-энды. «Дилеры хотят, чтобы была программа, были ужины и мероприятия, которые обычно сопровождают ярмарку, но не было единой торговой площадки. Галерейные уик-энды позволяют организовать все это с соблюдением социальной дистанции», — говорит она. В качестве успешного примера можно привести ярмарку Chart, которая обычно проходит в Копенгагене. В прошлом месяце она состоялась в «децентрализованном формате» в галереях, расположенных в пяти скандинавских столицах.

По словам Макэндрю, значительные изменения произошли и в онлайн-продажах, хотя четверть опрошенных заявили, что не продали в этом году через интернет ни одной вещи. Онлайн-продажи выросли с 10% в 2019 году до 37% в первой половине 2020 года. Большая часть продаж прошла через сайты галерей и, хоть и в меньших объемах, через сторонние платформы, в том числе через набирающие популярность виртуальные демонстрационные залы, заменившие в этом году ярмарки.

Неудивительно, что коллекционеры-«миллениалы», составляющие около половины опрошенных собирателей искусства, признаются, что им комфортнее покупать дорогие произведения в Сети: 16% приобретают таким образом вещи дороже $1 млн. Почти треть коллекционеров (32%) купили хотя бы одну работу через Instagram.

Художественным ярмаркам тоже нужно как-то выживать, и во второй половине сентября Art Basel вводит фиксированную плату в размере $5 тыс. за участие в ее виртуальном демонстрационном зале. Директор Art Basel Марк Шпиглер говорит, что монетизация виртуальных демонстрационных залов не встретила «никакого сопротивления». «Большинство галерей напрямую заинтересованы в нашем успехе, — рассказал он The Art Newspaper. — Не думаю, что хоть кто-то из галеристов ожидает, что мы вечно будем все делать бесплатно и всегда будем тащить бесплатно всю ВИП-программу и весь маркетинг».

Новое виртуальное воплощение Art Basel, открывающееся 23 сентября и посвященное исключительно произведениям, созданным в 2020 году, будет более камерным (в нем принимают участие всего 100 галерей вместо 280) и продлится всего три с половиной дня. «Это в меньшей степени попытка воспроизвести онлайн атмосферу ярмарки и в большей степени нечто среднее между поп-ап-магазином, аукционом и выбросом капсульной коллекции одежды», — объясняет Шпиглер.

Несмотря на отмену всех трех ярмарок в этом году, Шпиглер не теряет оптимизма в отношении гонконгской Art Basel, запланированной на март 2021 года. «Мы исходим из того, что она состоится, — а вот если перестать работать над ней, то она не состоится точно, — говорит он. — У ярмарок на удивление долгий производственный цикл: нужно провести отбор, арендовать площадку, договориться с разными подрядчиками. Мы будем оценивать обстановку по мере приближения предполагаемого открытия».

Шпиглер уверен, что самое главное — это наличие спроса. «От ситуации, когда многие говорили, зачастую довольно сильно преувеличивая, о ярмарочной усталости, мы пришли в точку, где все уже отчаянно хотят снова начать путешествовать и ходить на ярмарки», — замечает он.

Как бы то ни было, экономические последствия пандемии, скорее всего, будут ощущаться не только в 2021 году, но и позже, а ее влияние на арт-рынок нам еще только предстоит оценить. «В зависимости от продолжительности разных фаз этого кризиса, от того, какая будет предоставляться поддержка, и от того, насколько глубокой и затяжной будет рецессия, в 2020 году мы можем увидеть как неожиданную стабильность, так и необратимые изменения в ландшафте знакомого нам художественного мира», — прогнозирует Макэндрю.