Бельгийский парк Бокрейк: Брейгель, хижины и реконструированное пиво

Затерянный среди цветущих деревьев архитектурный парк Бокрейк располагается к востоку от Брюсселя в двух часах езды на поезде — что бельгийцам, не привыкшим к просторам, кажется невероятно большим расстоянием. И поэтому толп здесь обычно не застать, что придает парку дополнительную прелесть. Сегодня на его территории (5,5 кв. км) собрано полтораста исторических зданий, начиная от амбаров и курятников и заканчивая часовней и гостиницей, которые свезли сюда со всей страны, спасая от сноса. Самое старое из них относится к началу XVI века. Главная особенность этой архитектурной коллекции — она рассказывает не о религии или роскоши, а о повседневной жизни и ремеслах обычных жителей Нижних Земель. Из-за этого развернувшаяся тут экспозиция, посвященная Питеру Брейгелю Старшему, будто отправляет тебя в путешествие во времени. В написанные им сараи и кузницы здесь действительно можно войти, пощупать грубые стены, рассмотреть камышовые крыши, вдохнуть аромат гончарных или кузнечных работ и ощутить запах домашних животных.

На протяжении веков Бокрейк был цистерцианским аббатством, графским владением, образцово-показательной фермой, и, наконец, в 1958 году он стал музеем под открытым небом. Его первый куратор Йозеф Вейнс, искусствовед и большой любитель Брейгеля, сразу понимал, кого из великих надо иметь в качестве ориентира. Во время прогулки по парку открываются такие виды, будто Брейгель действительно именно тут раскидывал свой мольберт и писал стога и домики с натуры. Разумеется, это не так: в его эпоху искусства пленэра еще не существовало, а сараи с пожелтевшими крышами расставлены музейщиками нашего времени в соответствии с рассудочно высчитанной ритмикой картин мастера.

Парк поделен на четыре условные зоны, три из них воспроизводят географические регионы Бельгии: «Де-Кемпен», «Восточная и Западная Фландрия», а также «Хеспенгау и Маасланд». Предназначенные на снос старинные домики и сарайчики, которые свозили в Бокрейк со всей страны, распределены по этим «регионам» согласно своему происхождению, благодаря чему сохраняется стилистическое единство. (В последние годы этот архитектурный музей больше не пополняется, поскольку в Бельгии принят закон, запрещающий уничтожение старинных построек.) Четвертая зона парка называется «Шестидесятые», она посвящена бурным 1960-м годам и ностальгии. В ней можно увидеть исторические дома, привезенные по большей части из Антверпена.

Но интереснее всего, конечно, здания XVI–XIX веков, и именно они являются наиболее притягательной частью парка. Амбары с побеленными стенами и дубовыми балками, если зайти внутрь, оказываются выставочными залами, детскими игровыми комнатами, пространствами для мастер-классов и лекций — в общем, вместилищем самых разных интерактивов, продуманных согласно самым свежим тенденциям в музейном деле.

Подлинников картин тут, разумеется, нет, но очень с толком используются увеличенные репродукции. Например, в одном из амбаров во всю стену воспроизведены аллегорически-сатирические гравюры Брейгеля про «толстую кухню» и «тощую кухню». А в комнате вокруг представлена настоящая крестьянская кухонная утварь — и, между прочим, собрать такую экспозицию намного труднее, чем выставку предметов роскоши, потому что бытовые вещи никто не бережет. Одно из самых крупных зданий, зернохранилище, заняла «Битва Масленицы и Поста» — оригинал в венском Музее истории искусств имеет высоту 164 см, а тут картина увеличена метров до шести, что позволяет разглядеть абсолютно каждую деталь. А с помощью искусно расположенного гигантского зеркала можно попасть внутрь этой картины, превратившись в одного из ее полубезумных персонажей. Рядом в витринах — предметы XVI века, аналогичные изображенным. Автор этой экспозиции сначала написал диссертацию, чтобы разобраться, какие вещи с картины, совершенно непонятные для нас сейчас, во времена Брейгеля были повседневностью, а какие — плод его фантазии, иллюстрирующей какую-нибудь позабытую пословицу. Затем последовали долгие поиски этих реальных вещей — дудок, трубок, кастрюлек — в фондах бельгийских музеев, — и вот получилось собрать представительную и многое объясняющую витрину. Ряд предметов, например инструменты и приборы, в оригинале все-таки найти невозможно, только созданные по их подобию старинные детские игрушки позволяют представить их наглядно.

Интерактива в Бокрейке много, посетителей развлекают везде, будто не доверяя их способности самостоятельно наслаждаться красотами природы и видами старинных деревенек. Сотрудники парка в крестьянских нарядах разыгрывают сценки. На воркшопах можно выпечь хлеб, заняться гончарным делом, изучить выделку кожи, прядение, столярное ремесло. Есть летний театр. На одной из площадок играют в некоторые из написанных на картине «Детские игры» Брейгеля (но не во все — искусствоведы насчитали на ней 91 игру). По парку разбросаны знаки — следуя им, можно найти элементы картин, воспроизведенные в реальном ландшафте, например повешенный гигантский арбалет или хижину Дикого человека. По парку очень многие ездят на велосипедах. Также можно совершить экскурсию на запряженной тяжеловозом повозке, лошади немедленно окутывают пассажиров весьма аутентичным средневековым запахом.

Несмотря на то что все в Бокрейке пропитано Брейгелем, посвященная ему экспозиция — не постоянная, а созданная в честь года художника. Она открыта только до 20 октября. Следующий год будет посвящен Яну ван Эйку, и к его началу бюро и музейные лаборатории по всей Бельгии готовят новые программы и экспозиции.