18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Что вам понравилось на Венецианской биеннале — 2019?
В условиях жесткой конкуренции за внимание публики, впрочем типичной для Венеции, мировой чемпионки по количеству стран-участниц, выигрывают те, кто предлагает эффектное зрелище, что-то необычное и странное.
По традиции больше всего шансов быть замеченными у «старых» павильонов, построенных в прошлом веке в парке Джардини. Их 29, и некоторые здания созданы великими архитекторами — Йозефом Хоффманом, Алваром Аалто, Герритом Ритвельдом, наш павильон Алексея Щусева в их числе. Остальные размещаются в необъятных пространствах Арсенале, а те, кому и там не хватило места, снимают палаццо по всему городу (их поиск — один из любимых квестов на биеннале).
Проект ГМИИ им. Пушкина «В конце пребывает начало»:
«Мы склеиваем остатки старых церквей и оттираем слои культурных палимпсестов»
Меня зацепили два наших проекта. Во-первых, это цирк, который устроил на набережной Дзаттере фонд V–A–C. Это очень важный и довольно широкий шаг гиперинтеллектуальной институции в сторону народной «адженды». Это совокупность чисто детских радостей, за которыми мы угадываем очень понятные аллюзии и за которые мы так любим, например, Пелевина. Ну или не любим, но все равно всегда читаем.
А во-вторых, это проект Пушкинского музея «В конце пребывает начало», который я посмотрела как повествование о трансформации наших представлений о Боге. Бог в том виде, как нам его продали монотеистические религии, в том числе через великие культурные кейсы (например, Тинторетто), теперь забыт, не нужен, он превратился в декорацию, окончательно вочеловечился, прошел через кинематографические трактовки и ушел в цифру (иногда антропоморфную) вместе со своим смартфоном. А мы все склеиваем остатки старых церквей, оттираем слои культурных палимпсестов, чтобы найти кого-то, кому можно молиться и на кого хотелось бы надеяться. Специально не читала кураторские тексты, потому что это редкое нынче ощущение, когда кажется, что понимаешь что-то до того, как тебе все объяснили, — хочу его сохранить.
Интрига Венецианской биеннале часто разворачивается в «магическом треугольнике» Джардини, где расположены павильоны Франции, Германии, Великобритании, неоднократно получавшие «Золотого льва» — главную награду, вручаемую международным жюри в день открытия выставки. И в этот раз тут был явный фаворит. Очереди стояли в павильон Франции, чтобы увидеть поэтичную инсталляцию Лор Пруво «Глубокое синее море окружает тебя» о путешествии молодых людей в поисках себя и о текучести современного мира.
Шон Скалли, «Пышное Вознесение»:
«Скалли — мастер сочетания сложных и вдохновляющих цветов»
Почти всегда свой визит в Венецию я начинаю с удивительной церкви Сан-Джорджо Маджоре, шедевра великого архитектора Андреа Палладио. Она расположена на отдельном острове и принадлежит монахам-бенедиктинцам, на чей вкус в современном искусстве, пожалуй, нам всем нужно ориентироваться, поскольку из года в год там проходят наиболее изысканные проекты биеннале. В этом году в центральное пространство церкви гармонично вписалась десятиметровая инсталляция великого абстракциониста Шона Скалли, а в прилегающем здании аббатства открыта выставка его работ. Скалли — мастер сочетания сложных и вдохновляющих цветов, которые особенно красиво «звучат» в Венеции с ее осыпающимися фасадами цвета охры и непередаваемой зеленью воды в каналах.
Толпились зрители и у единственного павильона не страны, а города — самой Венеции. Арт-группа Plastique Fantastique сделала потрясающий аттракцион «Размытая Венеция», посвященный лагуне. Попав в длинную трубу, зрители двигаются в ней как бы по воде, через полупрозрачные стенки видя размытые силуэты других посетителей и брикол — деревянных свай, которые в Венеции используют для навигации и швартовки лодок. Своеобразный аттракцион предложил и Израиль. Тут художница Айа Бен Рон соорудила «Полевой госпиталь Х» — больницу, где искусством лечат социальные болезни.Амбициозно выглядит павильон Австралии, его для проекта Анжелики Мессити «Ассамблея» перестроили под амфитеатр, напоминающий зал парламента, который показывается в трехканальной видеоинсталляции. Усаживаясь на бархатные сиденья, зритель становится персонажем воображаемой политической сессии, но из-под клавиш показанной на экранах стенографической машинки «Микела» появляются не постановления и законы, а стихи и музыка. Роман Станьчак в павильоне Польши выставил буквально вывернутый наизнанку настоящий самолет, где обшивка оказалась внутри салона, а снаружи — бесконечные торчащие проводки и приборы. Это жуткое зрелище под названием «Полет» символизирует, по мысли автора, современное развитие его родной страны. Он считает несправедливым, что, по статистике, только 1% населения владеет частными самолетами (именно такой джет и стал жертвой инсталляции).
Павильон России привлекает внимание громким именем Эрмитажа, под эгидой которого организована выставка «Лк 15:11–32» с участием кинорежиссера Александра Сокурова и художника Александра Шишкина-Хокусая. Она посвящена картине «Возвращение блудного сына» Рембрандта из коллекции музея. Зрителям предлагается побывать в ателье художника со скульптурными фигурами героев картины, а после этого очутиться в подобии балагана с движущимися по стенам картинами — фанерными ремейками эрмитажных шедевров фламандской школы.
Павильон России, проект «Лк 15:11–32»:
«Михаил Пиотровский решает задачу в философском ключе»
Да, я согласен, что биеннале прежде всего должна представлять современное искусство, а павильон России посвящен размышлениям о прошлом, в которых нет места взгляду в будущее. Но этого естественно ожидать от исключительно образованного и эрудированного директора величайшего музея России — Эрмитажа, перед которым эту кураторскую задачу на довольно позднем этапе поставил комиссар Семен Михайловский, в последнее время дважды назначавший куратором самого себя и побоявшийся, что третий раз может погубить его венецианскую карьеру. Михаил Пиотровский — знаменитый ученый, он попробовал решить задачу в философском ключе и рассказать о вечной просветительской роли музея, а подтексты, связанные с историей Ленинграда, интерпретировал выдающийся российский кинорежиссер Александр Сокуров, который в совершенстве владеет мастерством показывать современные реалии. Вообще, весь процесс отбора людей, отвечающих за подготовку российского павильона к биеннале, необходимо пересмотреть, чтобы он не зависел от слабых решений какого-нибудь аппаратчика из Минкульта. Нужно создать два жюри, состоящих из профессионалов в области искусства и архитектуры, которые будут предлагать кандидатуры на роль комиссара и куратора.
В павильоне Бельгии сделали ставку на старинное искусство движущихся кукол-автоматонов. Одни по традиции изображают представителей разных профессий: музыкант, сапожник, точильщик и тому подобное. В параллельном мире, за железной решеткой, томятся психопаты, поэты, изгои и прочие фигуры, олицетворяющие страсти и страхи. Эта впечатляющая аллегория «Собачий мир» Йоса де Грюйтера и Харальда Тиса, отсылающая к одноименному итальянскому документальному фильму 1962 года о шокирующих странностях человеческого поведения, получила специальное упоминание жюри.
У новичков биеннале тоже есть фора зрительского внимания — в этот раз таким любимцем стал павильон Ганы, впервые участвующей в венецианском смотре. Декорации разработал признанный архитектор Дэвид Аджайе. Помимо захватывающего видео, тут показывают очередной шедевр ганской звезды Эль Анацуи — величественный занавес из блестящих пробок от бутылок и прочего мусора, удивительно напоминающий мозаики собора Сан-Марко на закате. Интересные павильоны представили такие мощные в производстве искусства державы, как Китай и Индия, но выбор жюри пал на небольшую прибалтийскую страну.
Победителем в интернациональном соревновании стала Литва, чей павильон запрятан в одном из портовых ангаров. Творческий коллектив в составе режиссера Ругиле Барзджюкайте, драматурга Вайвы Грайните и композитора Лины Лапелите очаровал и публику и жюри оперой — перформансом для 13 голосов «Солнце и море» («Марина»). Зрители наблюдают за действием сверху, с круговой галереи, и видят дикий песчаный пляж, где на полотенцах загорают обычные люди, бегают дети, шумит прибой, кричат чайки, бьется на ветру пластиковый пакет. Все эти звуки вплетаются в музыкальную партитуру, отдельные голоса ведут свои партии, потом они соединятся в хоры.
Кристоф Бюхель. Barca Nostra:
«Баржа смерти — тот самый разноцветный рыбацкий корабль, который опрокинулся недалеко от острова Лампедуза»
Наиболее сильное впечатление произвел проект Barca Nostra («Наша лодка»), выставленный в Арсенале. Баржа смерти — тот самый разноцветный рыбацкий корабль, который опрокинулся недалеко от острова Лампедуза. В результате крушения утонуло около 1 тыс. беженцев, пытавшихся добраться до Сицилии из Ливии. Это случилось 18 апреля 2015 года. Нет слов. Мне очень понравились графика и ранние работы Георга Базелица, выставленные в Галерее Академии.
Русский павильон демонстрирует типичный в русской жизни случай, когда «хотели сделать как лучше». Но перегруженные, многослойные концепции редко рождают ощущение ясности.
«Песни повседневности, песни тревоги и скуки, песни практически ни о чем. И за всем этим — медленный скрип Земли, ее дыхание» — так описывают происходящее сами авторы. Жюри оценило «экспериментальный дух и изобретательность» павильона, а также его «критику безделья» и сочувствие жителям Венеции. Живых артистов здесь можно увидеть только по субботам. Но есть и хорошая новость: любой может зарегистрироваться и прилечь на песок позагорать в лучшем павильоне Венецианской биеннале.
