Цензура не дремлет

Ужесточение цензуры в правление председателя КНР Си Цзиньпина — факт, который иностранные галеристы уже не могут игнорировать. Участие в ярмарках в материковом Китае, таких как шанхайские West Bund Art & Design и Art021, превращается для них в многомесячный квест. В беседе с корреспондентом The Art Newspaper западный дилер, пожелавший остаться неназванным, отметил, что, когда он начинал работать в Китае несколько лет назад, ему казалось, что со временем страна станет более либеральной, но не тут-то было. «Каждый год несколько работ не проходят цензуру, их число постоянно растет, и это беспокоит меня».

Западным галереям трудно вести дела из-за китайской бюрократии и разбираться в местных обычаях, поэтому они нанимают специальных сотрудников на должность своего рода культурного проводника. Китайская представительница зарубежной галереи, также пожелавшая остаться анонимной, видит в усилении контроля в последние пять лет, прошедших с тех пор, как главой страны стал Си Цзиньпин, тревожные параллели с «промывкой мозгов» в преддверии китайской «культурной революции». «Появляется огромное количество пропаганды, особенно в Пекине, — отмечает она. — Там, где раньше была реклама, теперь висят лозунги».

Организаторы West Bund Art & Design и Art021 помогают своим зарубежным участникам согласовывать экспонаты с властями. Искусство, ввозимое из-за рубежа, проходит цензуру на двух уровнях. Сначала произведение должно одобрить местное бюро культуры, а затем таможня. Работы, отправленные до получения разрешения (в частности, в связи с тем, что перевозка из Европы или США в Китай занимает много времени), могут быть конфискованы. Китайским художникам и галереям легче: им не приходится иметь дело с таможенниками и только перед крупными выставками нужно получать предварительное разрешение от городского бюро культуры.

Обычно под запрет попадают работы, носящие откровенно сексуальный характер, изображения обнаженной натуры, произведения на религиозные сюжеты и политические темы, которые можно истолковать как критику китайского режима. Галереи должны получать одобрение цензоров даже на книги и каталоги, представленные на стендах. Сотрудник одной из галерей рассказал нам, что видео, в том числе финальные титры, необходимо переводить на китайский язык и направлять властям «вместе с приблизительно двухминутными роликами, составленными из отрывков, взятых из разных частей видео». «Властям предоставляется список всех произведений, которые вы планируете показать, с описаниями, изображениями и биографиями художников», — признает один из основателей ярмарки Art021 Бао Ифэн. По его словам, процесс получения разрешения занимает около трех месяцев. Кроме того, сама ярмарка цензурирует произведения еще до официальной цензуры. «Если мы увидим потенциально проблемную работу, мы обсудим ее с галереей. Наша ярмарка открыта для посетителей всех возрастов, от взрослых до детей, так что мы не хотим, чтобы на ней появлялись изображения полностью обнаженных людей», — говорит Бао и добавляет, что «цензура есть в любой стране, даже в Америке, просто, может быть, не в официальном виде».

Китайские галереи освобождены от этой процедуры, но, по словам Бао, «представители бюро культуры приходят осматривать ярмарку, иногда инкогнито».

Решения цензоров непредсказуемы и зачастую зависят от их личного вкуса; причину отказа власти не раскрывают. Четких правил нет. Во время Шанхайской недели искусств некоторые местные галереи демонстрировали в собственных пространствах и на ярмарках довольно провокационные работы. Никто из них не согласился дать комментарий под запись, но некоторые высказали предположение, что власти попросту не заметили «крамолу».

А вот на большой ретроспективе Луиз Буржуа в музее «Лун» цензура запретила к показу шесть работ. В их число вошли «Башня-лабиринт», которую куратор Филип Ларратт-Смит описал как «абстрактную скульптуру, закручивающуюся вокруг самой себя», и «Эскиз с натуры» (1984) — «скульптура из голубой резины, изображающая тело собаки со множеством грудей и мужскими гениталиями».

Список художников Шанхайской биеннале, открывшейся в ноябре 2018 года, объявили только во время пресс-показа, поскольку заявленные проекты должны были сначала получить одобрение Бюро по делам культуры, и лишь после этого можно было начинать их изготовление. «Большая часть разрешений была получена только в конце октября — слишком поздно, чтобы успеть объявить участников до открытия», — говорит куратор Куаутемок Медина. По его словам, работа цензоров «непрозрачна», а заявки на одобрение трети из 60 проектов пришлось подавать повторно, некоторые даже по три раза. Однако на удивление большое число неприкрыто политических произведений цензуру прошло. «Шанхайская биеннале в некотором роде определяет границы допустимого в сфере искусства в Китае… — считает Медина. — Некоторые, даже очень радикальные, работы не тронули».