Богатое искусство в Эрмитаже уступит место бедному

Очень своевременным оказался проект про итальянское «бедное искусство» (arte povera). На первом плане его «википедиальность» — 85 произведений 17 художников из собрания Городской галереи современного искусства (GAM) в Турине и Музея современного искусства Кастелло ди Риволи недалеко от Турина. Против ожидаемого устройства выставки в Главном штабе, где Эрмитаж обычно показывает современное искусство, «Творческий прорыв» «прорвался» на третий этаж Зимнего дворца, чтобы вступить в диалог с его барочной архитектурой. Несколько десятилетий тому назад там регулярно демонстрировали многодельную скульптуру из бронзы и камня, чаще итальянскую, то, что можно назвать arte ricca (ит. «богатое искусство»). Это еще одна перекличка, которые так любит Эрмитаж.

Но существуют и глубокие причины, делающие эту выставку актуальной. Чуть более полувека назад молодой куратор Джермано Челант придумал название «арте повера» и организовал под ним выставку итальянских художников. Он объединил авторов, которые работали с профанными материалами. 

На самом деле «бедное искусство» возникло раньше, когда Альберто Бурри в 1952 году запустил свою серию «Мешковина», где использовал этот грубый материал, чтобы напомнить о трагедии Второй мировой войны. В свою очередь, Пьеро Мадзони в 1959-м смял холст, пропитанный каолином, и назвал этот объект «Ахром». Марио Мерц в 1956-м изобразил «Сварщика», освещенного электрической дугой. Проходит ли картина (100 х 70 см, холст, масло) по разряду «бедного искусства» — другой вопрос. Но Мерц создал метафору «вспышки сознания» — важного элемента арте повера, которое начиналось как антиконсюмеристское, отказывалось от высокотехнологичных материалов в пользу тряпок, веревок, резины, веток. В крайнем случае «поверисты» использовали неоновые трубки и бронзу.

Желание лидеров арте повера декоммерциализировать искусство было абсолютно в духе идей 1968 года, которые потрясли западный мир. Именно в тот год Мерц создал из неоновой трубки и корыта с воском светящийся объект Che fare? («Что делать?»), отсылая к работе Ленина, названной в честь романа Чернышевского, которая была переведена на многие языки и вдохновляла леворадикальные протесты по всему миру. 

Полувековой юбилей тех событий — важная причина создать и посмотреть эрмитажную выставку, но не единственная. Сегодня компьютеризация и виртуализация искусства и одновременно диктат попсы и визуального мусора снова делают острыми вопросы, поставленные Челантом и его художниками. 

Выставка образует многомерное пространство, где переплетаются знаковые работы арте повера, личные стратегии художников, а также важные для них общие сюжеты. Джованни Ансельмо, одна из главных фигур в арте повера, известен прежде всего объектом «Неон в цементе». Неоновая трубка запечатана в бетонную балку, виден только слабо светящийся торец. Как говорит художник, это попытка «осветить непроглядную тьму». Но, как только трубка перегорит, «вселенская тьма» вновь восторжествует. Объект «Пока Земля ориентируется в пространстве» Ансельмо сконструировал из грунта и магнитной стрелки компаса. Художник пытается поставить зрителя перед фактом существования непреодолимых сил природы. 

Другой объект — «Кручение» — обыгрывает взаимодействие разнонаправленных сил. Железная болванка вставлена в скрученную фланелевую ткань, которая готова раскрутиться обратно, но мешает железка, упертая в стену. Из знаковых вещей первенство, однако, за хрестоматийной «Венерой тряпичной» Микеланджело Пистолетто 1967 года. Этот художник вывел «бедное искусство» на международную сцену и вместе с Ансельмо по сей день держит его в фокусе внимания публики и профессионалов. Копия совершенной богини стоит перед бесформенной горой цветастого тряпья. Но не будем спешить с выводами о вечной красоте и быстротечном потребительстве. Сама фигура Венеры у Пистолетто — это тоже промышленное изделие из цемента. Точно так же, как в его «Этруске», идет игра «объект — отражение» как реально ценного и мнимого, а статуя является всего лишь гипсовой копией античного памятника.

Немного уступает «Венере» в известности «Карта» Алигьеро Боэтти, 20 лет создававшего гобелены с картой мира, где в границах каждой страны выткан ее национальный флаг. Они изготавливались на примитивных станках афганскими и пакистанскими ткачами. Версия на эрмитажной выставке относится к 1979 году, а последний гобелен, с учетом падения Берлинской стены, был создан художником незадолго до смерти в 1993 году. В этом же ряду «селебритиз» — «Красные губы» Пино Паскали, объект из раскрашенных цемента и дерева, оммаж знаменитой джазовой певице Билли Холидей и одновременно остроумная пародия на поп-арт. Яннис Кунеллис начинал работать с углем в 1967 году, его объект «Угольный бункер» внес в «бедное искусство» и этот природный материал.

Арте повера немыслимо без Лучо Фонтаны. Его конструкция «Пространственная среда» представляет собой флуоресцирующую модель Вселенной. С этим образом связана и популярная для «бедных» художников тема номадизма как путешествия по жизни (или по искусству). По этой причине в залах Эрмитажа появятся три временных жилища. Карла Аккарди, лидер итальянского радикального дизайна, создала в 1965 году объект из пластика «Палатка» как протест против изысков архитектуры модернизма в пользу свободы передвижения по миру. В объекте «Иглу с деревом» из металла, стекла, гипса и ветки длиной 2,5 м Марио Мерц обращается к первородному жилищу эскимосов, к кочевью как прошлому и будущему образу жизни. Джильберто Дзорио в своей «Палатке» натянул на строительные леса зеленую ткань и разлил в жилище морскую воду — прародительницу жизни на Земле. 

Отдельной главой «Творческого прорыва» стало произведение Джузеппе Пеноне «Идеи из камня — 1372 кг света» (2010), которое установят в Большом дворе (до 7 октября). Бронзовое дерево, несущее вместо нежных плодов камни, вступит в диалог с фасадами Зимнего дворца и натуральными растениями. 

Век арте повера оказался коротким, напомнив работу Пьера Паоло Кальцолари «Флейта, что заставит меня играть»: она существует, пока на охлаждаемых свинцовых пластинах выступает иней. Уже в начале ­1970-х всемогущий арт-рынок взял это движение в оборот, превратив бывший мусор в большие деньги. В 2014 году Christie’s устроил продажу «бедного искусства» и наторговал на £38 млн. «Горящий пластик» Бурри ушел за £4,7 млн, в шесть раз превысив эстимейт. Но дело «бедных» не пропало. Они разбудили художника из Ганы Ибрахима Махама, который во время Documenta 14 одел в мешковину для перевозки какао-бобов два здания Торвахе. Это был один из символов всего проекта Documenta в 2017 году. 

Государственный Эрмитаж
Арте повера. Творческий прорыв
17 мая – 16 августа