В Москве началась реставрация дома Демидова в Елоховском проезде

Подготовительный этап работ в доме Демидова стартовал во второй половине лета и уже фактически завершился: проведены архивные и натурные исследования, разработан проект реставрации с приспособлением. Теперь чудом уцелевшую постройку, памятник федерального значения, ждут основные реставрационные работы, которые позволят вернуть ее к жизни.

Деревянный одноэтажный дом с мезонином принадлежал секунд-майору Александру Львовичу Демидову, внуку знаменитого горнозаводчика и мецената Прокофия Демидова. В окраинном селе Елохове он в 1803 году купил участок земли и в следующие несколько лет выстроил небольшой усадебный дом. Пожар 1812 года не затронул эту часть города, и дом сохранился до наших дней как редчайший образец городской деревянной застройки допожарной Москвы. В XIX веке здание неоднократно меняло владельцев, а вместе с ними и внешний облик, в XX столетии пережило бытность общежитием, конторой, редакцией. С середины 2000-х заброшенное строение пустовало, в 2013-м в нем даже случился пожар, который, впрочем, как и его предшественник два века назад, серьезного урона не нанес. Дому пророчили скорую гибель, однако его решено было сохранить и вернуть в эксплуатацию.

На вид дом Демидова ничем не примечателен. Он был обшит рядовым тесом в начале XX века, а позже и просто вагонкой; каменный цоколь обложили дешевой плиткой. Теперь Центр комплексного развития, который занимается реставрацией здания, раскрыл подлинный фасад и архитектурные формы. «Нами было проведено научно-архивное исследование, — рассказал генеральный директор компании Алексей Филиппов. — Мы нашли чертежи XIX века, представляющие первоначальный облик здания, а при раскрытии обшивки обнаружили и сам фасад, который подтвердил архивные сведения». Здание имело два контура обшивки, одну просто набили на другую. В 1831 году усадьбу купил генерал Алексей Петрович Ермолов, он-то и приказал изменить фасад, расширить окна, сделать центральные арочные ниши. Здание хорошо сохранило первоначальную объемно-пространственную композицию и внутреннюю планировку. Найдены и элементы декора интерьера, которые сейчас сняты и вывезены на реставрацию. Все это позволит восстановить постройку в том виде, в котором она была задумана. 

Главное, что ждет дом Демидова на следующем этапе, — замена конструкций, пришедших в негодность. Работы по раскрытию фасадов и внутренних интерьеров показали, что доля сгнивших венцов и балок наката перекрытия значительна: слишком долго дом находился в запущенном состоянии. «Основная сложность реставрации, — пояснил Филиппов, — заключается в переборке отдельных венцов методом лифтинга без разбора основного здания. Дом ждет детальный ручной перебор, который займет не меньше полугода. Но к лету, мы надеемся, уже начнутся отделочные работы».

Дом Демидова обещают открыть в течение следующего года, здесь должно разместиться официальное представительство Пермского края. Можно сказать, зданию повезло: реставрация продлит его жизнь еще на несколько десятилетий, сохранив осколок погибшей в пожаре Москвы. Самые известные постройки того времени, такие как усадьба Арсеньевых на Большой Ордынке или усадьба Сытина в Сытинском переулке (была отреставрирована год назад), так или иначе поддерживаются в должном состоянии. В отличие от них, рядовые дома вызывают гораздо меньше интереса у органов охраны культурного наследия, хотя именно они и могут дать представление об облике города конца XVIII — начала XIX века. Подобных домов в столице единицы в буквальном смысле. Например, допожарный дом на Малой Ордынке или здание в Еропкинском переулке. Оба — такие же обшитые тесом и неприметные. Если бы реставрационные работы добрались и до них и стало бы понятно, что скрывается за поздней обшивкой, это, безусловно, расширило бы представления о старой Москве и обогатило облик города.