Впервые в Москве скульптуры и фотографии Бранкузи

Выставка Константина Бранкузи (1876–1957), крупнейшего скульптора первой половины XX века, приедет в Мультимедиа Арт Музей из Центра Помпиду и, несомненно, станет одним из самых заметных событий 7-й Московской биеннале. Во-первых, потому что она — первая в России. Во-вторых, речь идет о фигуре, которая радикально изменила язык скульптуры. Все началось в Париже, куда молодой Бранкузи, поучившись в Школе изящных искусств в Бухаресте, добрался в 1904 году (по легенде пешком). Как скульптор к этому времени он уже успел получить признание у себя на родине в Румынии.

И тем не менее, в Париже он решил поучиться в Национальной школе изящных искусств у скульптора-академиста Антонена Мерсье, откуда вскоре ушел, как, впрочем, позже и от своего кумира Огюста Родена, с которым познакомился в 1906 году, и тот пригласил его поработать в своей мастерской. Их сотрудничество длилось около месяца, после чего Бранкузи, уже вполне освоивший уроки Родена в виртуозной работе с бронзой, решил идти своим путем. Крылатой стала его фраза: «Ничего не вырастет толком в тени большого дерева». А ровно через год появляется «Поцелуй» — простой куб, высеченный из известняка, две обнимающиеся фигуры с едва процарапанными волосами и глазами. И это была революция. Бранкузи перешел к непосредственной работе в материале. До этого все скульпторы вплоть до Родена сначала лепили модель в гипсе, затем она отливалась в бронзе.

Еще важнее было радикальное упрощение формы, что случилось не без влияния архаической и африканской скульптуры, которой тогда увлекались многие. Здесь невольно всплывают «Авиньонские девицы» Пабло Пикассо, появившиеся почти одновременно с «Поцелуем» и ознаменовавшие революцию в живописи. Дальше Бранкузи уже не сворачивает с этого пути, снова и снова возвращаясь к одним и тем же любимым образам-архетипам — «Поцелуй», «Спящая муза», «Птица в пространстве».

Проведя всю жизнь в Париже, Бранкузи не примкнул ни к одному художественному движению и слыл затворником, хотя и дружил с Модильяни, Леже, Анри Руссо, Дюшаном, Тцара.

Выделялся он и своим внешним видом: окладистая борода, простая одежда, — так и оставшись крестьянином из румынской деревушки Хобитца, откуда ушел в 12 лет. Выставляться в Париже в Салоне независимых он начал почти сразу, с 1906 года. И даже за океаном быстро приобрел известность. Пять его скульптур в 1913 году были показаны на легендарно-скандальной «Армори-шоу» в Нью-Йорке.

Но слава мало значила для скульптора, предпочитавшего ей тишину своей мастерской на Монпарнасе, где он выстраивал свои работы в целые композиции. Уже под конец жизни Бранкузи завещал все содержимое своего ателье (200 скульптур и постаментов, более 1,6 тыс. снимков, мебель, инструменты) Франции с одним условием: сохранить все как было.

Такой она и представлена в Центре Помпиду, в пространстве, выстроенном Ренцо Пьяно.

На московскую выставку привезут скульптуры, рисунки и более 150 фотографий Бранкузи. «Зачем писать о моих скульптурах? Почему просто не показать фотографии?» — объяснял Бранкузи свое увлечение. Снимал он свои работы неустанно, с разных углов зрения и расстояния, а учителем в этом деле был его друг Ман Рэй. Помимо фотографий, привезут еще и фильмы, которые Бранкузи снимал в 1920-1930-е. Центр Помпиду приобрел их в 2010 году.