Как искусство стало в Америке символом власти

Впослевоенный период США начали претендовать на роль всемирного центра культуры, соответственно, Нью-Йорк — на статус мировой столицы искусства. Работы американских абстрактных экспрессионистов стали символом передового искусства Америки, а значит, и всей планеты.

«Нью-Йоркская школа и культура ее времени», книга 1972 года, давно вошедшая в разряд классики в Америке, впервые переведена на русский язык. По жанру это научная монография, а по читательским ощущениям — живая история американского искусства, представленная в лицах. Автор, искусствовед Дори Эштон, ставит своей целью хотя бы отчасти ответить на простой вопрос: «Почему живописи в американской культуре понадобилось столько времени, чтобы заявить о себе в полный голос?»

Дори Эштон, скончавшаяся 30 января 2017 года, так и не увидев своего знаменитого труда на русском языке, была непосредственной участницей событий и близким другом таких суперзвезд, как Виллем де Кунинг, Джексон Поллок, Марк Ротко. Вскрывая сложные отношения художников и власти, Эштон разворачивает широкую картину художественной жизни послевоенного Нью-Йорка. Она демонстрирует, как менялся статус художника в американском обществе, как благодаря государственной поддержке в годы Великой депрессии впервые удалось сформировать художественное сообщество, наладить диалог с коллегами из литературного цеха и университетской публикой.

О сложных отношениях государства и мира искусства в этот период Эштон пишет: «...При президенте Рузвельте власти впервые начали понимать, что искусство — неотъемлемая часть цивилизации... ведь еще когда французское правительство попросило Гувера представить американское декоративное искусство на выставке, тот ответил, что, насколько ему известно, в США нет декоративного искусства».

Современное искусство с боями отвое­вывало место в общественной жизни Америки. Нечто похожее будет происходить и в России, только гораздо позже — в 1990‑е.