Cartier как двигатель прогресса

В конце мая в лондонском Музее дизайна открылась выставка «Cartier в движении». Посвящена она часам Cartier, по большому счету только двум моделям — Santos и Tank, хотя в экспозиции встречаются, конечно, и другие модели, трепетно собранные из фондов Cartier Paris и Cartier New York (две модели предоставлены правящей семьей Монако — личные часы князя Ренье). Есть уникальные — самые ранние Santos 1912 года и Tank 1920 года, которые прежде никогда не экспонировались, но это все тонкости, интересные профессионалам и коллекционерам. Для остальных Норман Фостер (да, знаменитый архитектор, автор лондонского City Hall, потолков Британского музея и вокзала King’s Cross и еще нескольких десятков громких проектов), выступивший куратором выставки, придумал отличную концепцию — вписал часы Cartier в историю технологий и дизайна ХХ века.

Поэтому первое, во что вы упираетесь взглядом прямо при входе, — это не часы Cartier Santos, а реплика планера Demoiselle Сантоса-Дюмона в натуральную величину. И связь Cartier с полетами и с началом истории аэронавтики — это именно тот крючок, на который был пойман Норман Фостер. Его первая реакция на предложение выступить куратором часовой выставки была, скорее, отрицательной: «Где я, а где такие мелкие формы, как часы, пусть и известного, уважаемого бренда?!» Сантос-Дюмон примирил архитектора с размерами главных героев будущей экспозиции и подарил отличную концепцию — посмотреть на малые формы через большие, на дизайн — через инженерно-технический прогресс и показать, как в дизайне часов Cartier преломлялись важные мировые события — от первых полетов на аэропланах с фанерными крыльями и сиденьем для пилота, переделанном из венского стула, до сверхзвуковых «конкордов» и покорения космоса. Таймлайн, где экспонат показан в окружении того, что еще происходило в это время, не является экспозиционным откровением, но оттого не становится менее захватывающей историей. Очень полезно увидеть, что, например, новая модель Ballon Bleu de Cartier появилась на свет одновременно с Tesla Rodster, Airbus 380 и Tokai Challenger Solar, а циферблат первых Tank Cartier сильно напоминает площадь Триумфальной арки, снятую с высоты птичьего полета (результат реновационной деятельности барона Османа).

Эти связи между градостроительством, техническим прогрессом, индустриальным дизайном вообще и дизайном часов одной марки в частности, наверное, мог увидеть только человек со стороны, обладающий большой долей воображения, так что выбор Фостера в качестве куратора, хоть и выглядит неожиданно, оказался лучшим решением. «Мне было интересно показать, как эти небольшие элегантные объекты соотносятся с остальной человеческой жизнью и ее эволюцией во времени», — говорит Норман Фостер, не скрывая, что для него самого многие вещи оказались откровением. Например, прямая связь формы часов Cartier Tank и первого танка. «Это очень важно — дать людям увидеть связь между военной машиной, которая полностью изменила сам формат ведения войны, и маленьким предметом, созданным для повседневной мирной жизни, их разность и созвучие, связь между ними, которая проявилась в строгих формах и жестких линиях». Так же, как новый, «металлический» дизайн Cartier Santos 1979 отразил новую веху в самолетостроении — более реактивную и агрессивную.