Мастер эротического томления

Огюст Роден называл своего друга и ученика хорвата Ивана Мештровича (1883–1962) «величайшим явлением среди художников наших дней». Взаимное восхищение скульпторов понятно: в работах Родена и Мештровича много схожего — та же одержимость обнаженным человеческим телом во всей его силе, красоте, духовности и хрупкости. Именно интимно-эротический аспект творчества Мештровича представили на недавней выставке в Загребе. Ее каталог на английском и хорватском Sculpture and Nakedness («Скульптура и обнаженность») стал важным дополнением к скудному ряду литературы об одном из самых выдающихся скульпторов ХХ века. Но это не справочник для тех, кому ничего не известно о Мештровиче, но книга, помогающая узнать новое о его жизни. Она показывает, как творчество предопределяется особенностями биографии. Хотя Мештрович и создал ряд официозных монументов, большая часть его работ демонстративно интимны.

Карьера Ивана Мештровича пришлась на бурный период балканской истории. В юности он обучался резьбе по камню в Сплите (тогда Австро-Венгрия, ныне Хорватия). В 17 лет поступил в венскую Академию художеств. Там он подружился с Густавом Климтом и Эгоном Шиле. Первые скульптуры Мештровича создавались именно в венский период, проникнутый теориями Зигмунда Фрейда, открывшего художнику амбивалентность человеческой сексуальности. Переехав в Париж в 1908 году, Мештрович подружился с Роденом. Даже если не брать тематическую схожесть их работ, оба они разделяли импрессионистические взгляды на пластику; смелость массивных волнообразных форм Мештровича можно оценить по фотографиям деталей, представленных в книге крупным планом. За четыре года, проведенных в Риме, скульптор познакомился с наследием Микеланджело и с античным искусством, влияние которого заметно в его работах 1920–1930-х годов. Жаль, книга внезапно обрывается эмиграцией скульптора в США после Второй мировой войны.