Мохой-Надь и его плексигласовые пузыри

Каково происхождение пузырей в некоторых работах из плексигласа венгерского авангардиста Ласло Мохой-Надя (1895–1946)? Это дело его рук или же производственный брак, использованный им для исследования света, отражения и прозрачности? Сибил, вторая жена художника, вспоминала, что муж ее пользовался кухонной духовкой, нагревая в ней куски пластика для того, чтобы те становились гибкими и лучше преломляли свет.

Чтобы разобраться в особенностях технологии Мохой-Надя, нью-йоркский Музей Соломона Р. Гуггенхайма изучил его произведения из своей коллекции.

Ученые проанализировали артефакты, созданные на бракованном плексигласе, в том числе Папмак (1943). «Нам хотелось понять, мог ли Мохой самостоятельно создать эти искажения нагреванием, растворителем или мономером. Мы выяснили, что пузыри и трещинки могли появиться только при перегреве в процессе полимеризации и отливки пластика в ходе производства», — говорит Джули Бартен, старший куратор коллекций Музея Гуггенхайма. Эти произведения создавались в 1930–1940-е, «в военные годы», когда ресурсы были весьма скудны, так что, «вероятнее всего, Мохой ухватился за возможность использовать отбракованные на фабрике материалы».Одной из задач проекта было изучение материалов, с которыми работал Мохой-Надь. Их точная идентификация необходима для выбора верной реставрационной стратегии. Обнаружено, что использованный в некоторых произведениях материал ранее был определен неверно. Так, Тр2 (1930) написана на тролите (нитрат целлюлозы), а не на бакелите (фенолформальдегид). Эта информация принципиально важна: разные типы пластика требуют различных условий хранения, экспонирования и ухода.