Таир Салахов: на передовой советского искусства и после нее

Академик и вице-президент Академии художеств, народный художник СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат государственных премий СССР и РФ Таир Салахов давно занял свое место на отечественном художественном олимпе, но удивительно: нынешняя выставка в год 88-летия мэтра станет его первой персоналкой в Третьяковской галерее. Живопись, театральные работы, графика, созданные вплоть до 2000-х годов. Часть представленного происходит из собрания Третьяковки, часть — из музеев России и Азербайджана.

По словам куратора Ольги Полянской, основная цель выставки — избавиться от стереотипного представления о Салахове как о художнике только «сурового стиля» и показать, как менялось его творчество от 1960-х до 2000-х годов. При этом, конечно, не отрицая, что имя Салахова в первую очередь связано именно с «суровым стилем». Сегодня его основатели выглядят титанами советского искусства: Виктор Попков, Николай Андронов, Павел Никонов и Таир Салахов сумели открыть новую страницу в советском искусстве. Героем «сурового стиля» остался все тот же пролетарий, что и в соцреализме, но не в момент празднования очередной победы. Культ силы и красоты сменился культом мужества, фальшивая бравада — «суровой правдой жизни». «Рыцари труда» 1960-х не только рабочие, но и полярники, геологи, строители ГЭС, индивидуалисты и правдорубы. Салахов сразу нашел и свою тему: его герои — нефтяники Каспия. Новый пролетариат появился еще в его дипломной картине С вахты, где рабочие возвращаются с работы, преодолевая сопротивление ветра. Его персонажами становятся также представители творческой интеллигенции, кумиры физиков и лириков. В портретах композиторов Кара Караева, Дмитрия Шостаковича Салахову удалось создать тип классического советского интеллигента. Это уже был совсем иной герой, раздираемый сомнениями, далекий от канонического образа советского человека.

Сын репрессированного политработника, Салахов, возможно, лучше других осознавал существовавшее положение вещей. Занимая высокие посты в системе культуры, он сумел сохранить репутацию художника. Но и в своих работах он выступал как настоящий дипломат, владеющий тонкостями обращения с системой. Муки творчества или муки совести терзали его героев? Ответ оставался на усмотрение зрителя.

«Суровый стиль» быстро исчерпал свой запас энергии, из картин 1970-х годов уже уходит эмоциональная напряженность; бунтари-шестидесятники стали частью советской элиты, а вольнодумство, вогнанное в рамки официального искусства, уже не казалось опасным.

Салахов всегда старался оставаться на передовой советского искусства, но часто позволял себе уйти от его канонов. В работах последних лет он, кажется, с утроенной силой наверстывает упущенное, ведя диалог с искусством модернизма, долгие годы бывшего запретным плодом для советских художников.