История потерь немецких музеев должна быть частично переписана

В Берлине проходит конференция, посвященная 10-летию германо-российского музейного диалога. В Музее Боде руководители музеев и эксперты рассказывают о результатах исследований, связанных с перемещенными культурными ценностями.

Программа германо-российского музейного диалога (DRMD) ориентирована на вопросы перемещения культурных ценностей в результате войны: какие произведения искусства и художественные ценности были вывезены после окончания Второй мировой войны из немецких коллекций и какие потери понесли в войне российские музеи в результате расхищения или в процессе эвакуации. С 2008 года идут активные совместные исследования, в частности, архивных материалов, многие из которых до сих пор не систематизированы.

В начале конференции Изабель Пфайффер-Поенсген, генеральный секретарь Культурного фонда немецких земель, одна из организаторов конференции, говорила о том, как много усилий приложили партнеры из Германии, чтобы заинтересовать в диалоге российскую сторону, и как они рады, что русские ведут этот диалог. «Наше многолетнее изучение истории происхождения и перемещения произведений искусства доказывает то, что предполагали исследователи на протяжении многих лет: далеко не все утраченные объекты из немецких коллекций находятся в России или других государствах — правопреемниках Советского Союза. История потерь немецких музеев должна быть частично переписана», — сказала она.

Участник конференции Михаил Пиотровский, директор Государственного Эрмитажа и официальный представитель России в DRMD, отметил, что истории вопроса уже более 70 лет, за это время произошло многое, враждебность уступила место совместной работе, диалог доказал свою жизнеспособность. «За десять лет диалога проделан большой путь, — сказал он. — Понемногу снимаются табу с тем, обсуждать которые прежде было сложно». По мнению директора Эрмитажа, стороны, заинтересованные в продолжении совместной работы, должны искать рецепты решения проблем, которые не оскорбят ни одну из сторон, находить новые формы взаимодействия, всегда учитывая, что культура находится над политикой.

Не только символически, но и очень трогательно выглядел акт возврата в Новгородский государственный объединенный музей-заповедник двух принадлежавших ему предметов: Четьих миней 1651 года — церковного служебника, осевшего после войны в Берлинской библиотеке, и восточного кинжала XIX века, сданного потомками немецкого солдата в российское посольство.

Участники конференции удалились на перерыв после минуты молчания в память о жертвах терактов в Париже, которую объявил официальный представитель немецко-российского культурного диалога профессор Герман Парцингер.

После перерыва выступление профессора Гилберта Люпфера, руководителя отделения научного сотрудничества Государственных художественных собраний Дрездена, показалось довольно острым. Он назвал возвращение советскими властями шедевров в Дрезденскую галерею «пилотным проектом» и попросил отметить, что пафос спасителей культуры, пропагандируемый российской стороной, с дрезденской точки зрения выглядит просто естественным желанием русских компенсировать потери, понесенные во время войны. Профессор отметил, что его месседж, скорее всего, не совпадает с «берлинской точкой зрения».

Директор Государственного музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина Марина Лошак предложила всем быть толерантнее и искать пути решения острых вопросов совместно. Как пример она привела сотрудничество своего музея с музеем Готы: весной 2016 года российскую публику ожидает масштабная выставка Старшего и Младшего Кранахов, собранная из произведений, принадлежащих немецкому музею, и работ из его же собрания, ныне хранящихся в Москве.

В целом в первый день дискуссия свелась к общему вопросу немецкой стороны: можно ли все-таки надеяться на возвращение всех вещей? Взвешенный ответ Михаила Пиотровского звучал примерно так: «Все для этого и делается. Но есть разное отношение к культуре. Если хочется поссориться, то можно найти любой повод для этого, если нет — повода не найдется. Надо лучше знать предмет. Не стоит прислушиваться к навязанным мнениям, надо составить свое. Надо ходить на выставки. Войну в России не забудут никогда. Никакие шаги не отменят жесткой эмоциональности, которая связана у нас с этой войной». Директор ГЭ предложил перевести дискуссию в более общую плоскость — «музей и война». По его мнению, острота вопроса сейчас лежит, скорее, в сфере психологии: на что можно пойти, чтобы спасти культуру?