Сергей Филатов: «выпаривание» скрытого шума из мнимой тишины

В афише Московской консерватории есть не только концерты, но и выставки. Тоже, разумеется, звучащие. Они проходят в арт-пространстве «Артемьев», которое открылось три года назад под эгидой Центра электроакустической музыки (ЦЭАМ) и получило название в честь композитора-экспериментатора Эдуарда Артемьева (того самого, что написал саундтрек к «Солярису» Тарковского, используя легендарный синтезатор АНС, трансформирующий графическое изображение в звуковые волны). Дверь, ведущая в «Артемьев», расположена между входами в Малый и Рахманиновский залы. Спустившись по лестнице, попадаешь в помещение с арочными сводами, похожее одновременно на лабораторию из 1960-х и ночной клуб. Сейчас там развернулась выставка известного саунд-художника Сергея Филатова «Экстракт звука», посвященная переводу очень-очень тихого и даже, казалось бы, беззвучного в слышимый диапазон.

У Филатова есть художественное образование, но в еще большей степени на его творческий метод повлияло обучение на факультете дизельных энергетических установок. Элементами его саунд-скульптур становятся маховики, индукторы, компрессоры, а эстетическими референсами служит техника. Форма инсталляции «Аргонавт», например, вдохновлена конструкцией корабельной радиолокационной системы. «Аргонавт» — это, в сущности, музыкальный инструмент с шестью генераторами. Регулируя скорость вращения маховиков, посетитель может создать собственную тональную композицию. Кстати говоря, это единственная интерактивная работа на выставке. Другие трогать не следует, а некоторые и вовсе можно было бы сопроводить табличкой «Не влезай — убьет». Скажем, инсталляция с мечущимися в полусферах магнитными шариками может ощутимо ударить током (художник не раз испытывал это на себе).

Для саунд-артиста важен паритет звучания и формы произведения. Что касается последнего, то тут Филатов видится продолжателем традиций советских инженеров-акустиков и художников-кинетистов: выглядят его приборы весьма «олдскульно». А вот интерес к тишине, к отсутствию, к ничто сближает его с концептуалистами. Как, скажем, звучит тот участок виниловой пластинки, который совпадает с паузой между музыкальными композициями? Услышать этот «пустой» фрагмент записи позволяет кинетическая скульптура, оснащенная сверхчувствительными иглами, которые способны считывать микрофактуру поверхности пластинки. Еще один пример — инсталляция «Длинная волна», в которой задействованы советские радиоприемники «Селга». Здесь художник работал с диапазоном частот, на котором уже никто не вещает. Приемники транслируют в прямом эфире гул и щелчки этих «мертвых» радиоволн. А «ЭлектроЛира» заставляет вспомнить сцену из фильма Дэвида Линча «Малхолланд-драйв», где музыка играет в отсутствие оркестра: струны инструмента приходят в колебание под бесконтактным воздействием изменяющегося магнитного поля — музыкант не нужен.

Одним словом, выставка демонстрирует разные способы «выпаривания» скрытого шума из мнимой тишины. В этом смысле искусство Сергея Филатова имеет тот же посыл, что и «4’33’’» Джона Кейджа: звук не нужно сочинять — его нужно услышать. Для этого подчас требуется не тонкий слух, а правильные настройки сознания — или приборов.

Арт-пространство «Артемьев»
«Сергей Филатов. Экстракт звука»
До 30 сентября