Красный, синий, голубой: как рождались цвета икон

В Музее-заповеднике «Коломенское» открылась небольшая выставка «Соль земли. Пигменты древнерусской живописи» (до 19 июля), она внедрена в пространство Моленной царицы внутри дворца царя Алексея Михайловича. Это первая выставка цикла, посвященная природным минералам, которые использовались в русской иконописи XVII–XIX веков. Такие хронологические рамки определены историей места: Коломенское расцвело, сделавшись в 1640 году царской резиденцией.

Сияющие цвета древних русских икон, освобожденные художником и искусствоведом Игорем Грабарем (1871–1960) из-под поздних записей и потемневшей олифы, стали одним из его важнейших открытий. Каждый оттенок нес духовный смысл, а их сочетание помогало понять догматическую суть образа. Техника иконописи, когда растертый — чаще всего минеральный — пигмент смешивался с эмульсией из яичного желтка, сохранялась веками, а знание ее технологии сейчас помогает при исследовании и реставрации икон.

«Многие пигменты являются датирующими. Какие-то относятся к определенному региону. Свой набор пигментов применялся разными иконописцами, например мастерами Оружейной палаты Московского Кремля», — рассказывает Екатерина Сатель, художник-реставратор, начальник отдела рес­таврации музейных коллекций «Коломенского». При реставрации проводится максимально полное исследование, включающее, помимо отбора проб пигментов, например, стратиграфический анализ — исследование среза слоев живописи, авторского и нанесенных позднее при поновлениях, отобранных под микроскопом. «Как пример датирующего пигмента можно привести берлинскую лазурь, открытую в XVIII веке красильщиком по имени Дисбах в Берлине. Насыщенный темно-синий пигмент быстро завоевал популярность в Европе. Берлинская лазурь была распространена в России c середины XVIII века, и ее присутствие четко определяет нижнюю границу датировки. Еще один синий пигмент, ультрамарин, который получали из минерала лазурита, был невероятно дорог. Его наличие, да еще и на большой плоскости иконы, например на фоне, свидетельствовало о богатстве и высоком статусе заказчика», — объясняет Екатерина Сатель. Другой синий, азурит, или медная лазурь, был более доступен. Его растирали и сортировали, крупные частицы давали темный тон, мелкие — зеленовато-голубой.

Киноварь получали из ртутного минерала. Это один из самых древних красителей, главная минеральная красная краска, цвет которой символизировал Воскресение. Однако она может чернеть со временем. В XVII веке появился органический малиновый пигмент, который делался путем осаждения природного красного красителя, например кошенили (вид насекомых, паразитирующих на кактусах) или корня марены, на белый субстрат. Это была инновационная технология, получившая широкое распространение лишь к началу XIX века.

Натуральное золото для удешевления могли заменять серебром с последующим нанесением цветного лака, имитирующего золочение. Или аурипигментом, минералом мышьяковой группы, из которого получается яркая золотисто-желтая краска, правда чернеющая в соседстве со свинцовыми белилами.

О пигментах древнерусской живописи сейчас известно много. Сохранились подробнейшие документы, где описано, сколько, каких и почем покупалось художественных материалов. В контексте «Коломенского» особенно интересны документы, касающиеся других царских храмов XVII века. Например, заказ на создание иконостаса для церкви Святителя Петра в Высоко-Петровском монастыре в Москве, освященной в присутствии царей-соправителей Петра и Ивана Алексеевичей. По этой работе сохранились подробнейшие записи, где не только упомянуты ведущие мастера Оружейной палаты разных профессий, но и приведен перечень закупленных пигментов из десятков наименований, в том числе привозных и самых драгоценных.