Наследие империи

Лиможский фарфор, наряду с парфюмами из Граса и нормандским кальвадосом, считается частью культурного наследия Франции, в котором мастерство и предприимчивость отдельных персон неразрывно связаны с особенностями конкретных мест. Для Лиможа переломным моментом стало открытие в середине XVIII века месторождения белоснежного каолина — основного ингредиента для производства фарфора, который в Европе в то время был на пике популярности. Спустя некоторое время, в 1863 году, два местных промышленника открыли здесь фарфоровую мануфактуру, смекнув, что растущий в стране спрос на столовые сервизы может их обогатить. Там, в мастерской, среди прочих особенно выделялся подмастерье по имени Леонар Бернардо. И именно он главный герой этой истории.

Спустя 20 лет усердной работы Бернардо дослужился до начальника отдела продаж, благодаря чему стал партнером основателей, а ближе к концу XIX века и вовсе выкупил производство и дал компании свое имя. Так и появилась знаменитая мануфактура Bernardaud, которая, одна из последних во Франции, до сих пор принадлежит прямым потомкам основателя, продолжающим и развивающим дело предшественников. Семья Бернардо по-прежнему сохраняет ценные технические навыки, поощряет стремление к инновациям и делает акцент на творчестве. При этом успешно справляется с вызовами XXI века, уверенно глядя в будущее. В то же время историческое наследие Франции остается важной темой для творческих экспериментов бренда, и обновленная коллекция Trianon повествует как раз об этом.

Новый декор Trianon сохраняет черты великой классики, воскрешая яркие узоры и насыщенные цвета роскошных лионских тканей, заказанных Наполеоном Бонапартом для убранства императорских дворцов.

Вступив на престол в 1804 году, император Наполеон I инициировал повсеместное обновление резиденций, стремясь отразить в их интерьерах величие и современное представление о власти. Например, в замке Сен-Клу кабинет императора был затянут дамастом (плотная хлопковая ткань) желто-зеленого оттенка «шартрез» с пальметтами и коронами из плюща. А в знаменитом дворце Фонтенбло стены покоев Жозефины были задрапированы шелком с богатым флоральным орнаментом.

В стране, истощенной революцией, политика протекционизма стала мощным стимулом для национальных мануфактур. Император разместил огромные заказы на бархат, атлас, тюль и другие ткани у производителей в Лионе, тем самым поддерживая отечественную промышленность. Его примеру последовали маршалы и генералы, оформляя собственные дома по образу императорских.

Всего за два года лионские мануфактуры поставили императорскому двору около 80 км различного текстиля. Благодаря такому объему и исключительному качеству эти ткани использовались на протяжении всего XIX века, а многие экземпляры сохранились до наших дней в первозданном виде.

Вдохновением для обновленного декора коллекции Trianon послужили узоры с лионских образцов, сочетающие рисунок шахматной доски с розетками, центр которых украшают бабочки, цветы и птицы. Эта орнаментальная фантазия, полная свободы и воображения, еще во времена Наполеона стала смелым отступлением от строгости классического стиля ампир. Сейчас мануфактура Bernardaud виртуозно перенесла эту историческую эстетику на фарфор. Коллекция Trianon позволяет создавать на столе множество комбинаций, играя с узорами и оттенками. В результате рождается яркий и изысканный ансамбль, наполненный жизнерадостностью и блеском, достойный своего императорского бэкграунда.