Все козыри Владимира Немухина. Ретроспектива мастера нонконформизма

В ММОМА представят всего Владимира Немухина (род 1925) — от абстракций конца 1950-х до самых последних работ, более сотни живописных и скульптурных произведений из отечественных музеев, фондов и частных коллекций. В их числе и те, что пока не появлялись на публике, включая две монументальные скульптуры. По словам куратора выставки Андрея Ерофеева, Немухин — единственный русский художник, прошедший все стадии абстракции, что отразится и в экспозиции. Каждой из них посвящен свой раздел: лирический экспрессионизм, поверхность и фактура, геометрия. Первые его опыты в абстракции более всего близки практике Джексона Поллока, хотя и вышло это, кажется, не намеренно. В мастерской Немухина не было большого мольберта, двухметровые холсты лежали на полу и художнику приходилось прибегать к разбрызгиванию краски. Однако Немухин всегда тяготел к предметности: кроме краткого периода чистой абстракции, в его живописи почти всегда сохраняются следы реальности. Он искал универсальный предмет, через который можно было бы выстроить свой живописный монолог. Какое-то время его занимали дома, бутылки, яблоки и даже облака, пока не появился любимый мотив — игральные карты, заинтересовавшие его своей «любопытной геометричностью», как объясняет он сам. Карты же намертво привязали работы Немухина к историческому авангарду, где они вошли в лексикон живописи как одна из форм протеста против «классического» искусства. Вернувшись к конкретике, художник начал вводить в картину и реальные предметы (сначала те же карты), а затем стал усложнять поверхность картины, ее фактуру — живопись становится плотной, осязаемой. К художественному андерграунду Немухин примыкает в середине 1950-х, войдя в Лианозовскую группу и принимая участие во всех ее акциях, в том числе в легендарной Бульдозерной выставке 1974 года. В своих поздних работах, начиная с 1980-х годов, он обращается к геометрической абстракции, еще раз оборачиваясь на исторический авангард. Отдельный раздел посвящен взаимодействию Немухина с другими художниками — соратниками по Лианозовской группе, но не только. В его живописи есть пересечения с Малевичем, Ильей Кабаковым, Дмитрием Плавинским, Эдуардом Штейнбергом и даже Лучо Фонтаной. Еще один зал отведен живописи Лидии Мастерковой (1927–2008), долгие годы подруге и музе художника, с которой они проработали несколько лет в одной мастерской. Жизненные пути их в 1968 году разошлись, но диалог в искусстве продолжался.